О низкой плотности населения России в XVIII веке

Н. Эйдельман

Около 40 млн. жителей и огромное пространство с максимальными скоростями передвижения 10 — 20 кило­метров в час… Как редкие острова в снежном равнин­ном океане — города, городки (к концу царствования Екатерины II их было 610), однако каждый третий (230 городков) был разжалован Павлом в селения и местечки.

Всего шесть душ из каждой сотни — городские жи­тели, а 94 из 100 — селяне.

Как мелкие островки, скалы, камни — деревни по 100 — 200 душ, и 62 из каждой сотни — крепостные. А на всю империю никак не меньше 100 тыс. деревень и сел, и в тех деревнях известное равенство в рабстве (80% тогдашних российских крестьян — середняки); но высшей мерой счета было у тех людей 100 руб., и «кто имел 100 рублей, считался богатеем беспримерным». Де­ревеньки, в нелегкой борьбе отвоевывающие у дикой природы новые пространства (в одной Западной Сибири за XVII и XVIII вв. добыли 800 тыс. десятин пашни и сами себя обеспечили хлебом).

100 тыс. деревень, оживающих при благоприятном «историческом климате», но зарастающих лесом, исче­зающих с карт целыми волостями после мора, голода, а еще чаще — после тяжелой войны или грозного царя.

Грань веков//В кн.: В борьбе за власть. М., 1988. С. 289-290.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс