Наказания и доносительство в эпоху бироновщины

«Елецкий старожил»

Матушка моя жила у Бирона в последние годы его силы и власти […].

Про время Бирона страшно было слушать рассказы стариков и старушек. За неплатеж недоимок ставили на правеж и начальников, и неплательщиков, и их соседей. Бывало, приедет команда, и выводят на правеж винова­тых и правых, и поставят их рядом голыми ногами на снег, бьют палками, и морят по темницам. По городу только и слышны были палочные удары, звук цепей и стоны несчастных бедняков, их жен и детей.

Лазутчиков было множество везде и повсюду; бывало, муж с женою, брат с братом, отец с сыном боялись громко говорить, а когда прощались, то прощались на­всегда, потому что никто не знал, увидятся ли завтра. Я […] помню, как по Ельцу ходила одна страшная ста­руха, ее звали Настька-докащица. Я ее помню бедною, а старушки рассказывали, что, бывало, ее все боялись, угощали, и она была богатая, ходила в жемчугах.

Близ винных подвалов, где теперь стоит голубец с иконою, стояла виселица; тут же вешали, тут и хорони­ли. Старушки помнили и рассказывали мне, как, бывало, на этом месте зарывали живых в землю почти по шею; несчастные живали дней по шести; бывало, пойдет до­ждик, а они и ловят языком воду. Страшное было время! Настьку-докащицу все уважали, все боялись, а находи­лись и такие люди, которые и этой славе завидовали, и тоже старались страхом вселять к себе уважение.

Из воспоминаний о Бироне//В кн.: Русский быт по воспоминаниям современников. XVIII в. В 2 ч. М., 1914. Ч. 1. С. 315-316.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс