Москва 1850-1910 годов

Г. Василич

В 50-х годах тихо прозябает однообразный и сонный быт, полный уже сложившихся самобытных черт, по своей неподвижности на­поминающий застойное болото. Чахлая общественная жизнь выли­вается в самые примитивные формы. Отгремело привольное, ши­рокими реками разливавшееся житье екатерининских и александ­ровских бар, не приобщилось к культуре и не вышло за пределы де­спотического семейного быта купечество, тихо жила немногочис­ленная интеллигенция.

<…> Общественное мнение Москвы не отличалось самостоя­тельностью и авторитетностью <…>. Темная и смиренная масса московского населения, придавленная не столько социальным гне­том, сколько собственными воззрениями на общественный поря­док, представляла «стригальное стадо» для всевозможного началь­ства.

<…> При всей своей красочности старый московский быт был внешней оболочкой очень ограниченного духовного мира. Идей­ные интересы в массе населения не выходили за пределы примитивного фантазирования и веры в слухи; духовная жизнь в большей степени наполнялась религиозными интересами. <…> Внешняя сторона культа в представлении москвичей стояла выше подлинно­го религиозного одушевления, не предусмотренных обычаем и по­рядками исканий и тревожных сомнений, — плода «умственной гордыни». При ничтожном развитии индивидуальности, опутан­ной традициями и «не нами установленным», этот довод казался очень убедительным.

Москва 1850-1910 гг. // В кн.: Москва в ее прошлом и настоя­щем. В 12 т. М., 1911. Т. 11. С. 3-4, 13-14.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс