КАЗАЧЕСТВО

КАЗАЧЕСТВО, потомственное военное сословие Русского государства. Составляло часть вооруженных сил России, гл. обр. кавалерию, хотя некоторые войска составляли также пехотные и артиллерийские части. Местное военное устройство и отбывание воинской повинности казачества имело некоторые особенности. Во главе военного управления стоял атаман всех казачьих войск; звание это с 1827 присваивалось наследнику престола. Во главе каждого казачьего войска были поставлены войсковые наказные атаманы (Донского, кавказских, приамурских, сибирских войск) или наказные атаманы (Кубанского, Терского войск и т. д.). Звание войскового наказного атамана представляло собой отдельную должность только в Донском казачьем войске, в прочих же это звание было объединено с должностью генерал-губернатора или командующего войсками. Органами военного управления войск являлись войсковые штабы, которые действовали через атаманов отделов (в Донском войске — окружных атаманов, в Астраханском — начальников отделов). Низшей инстанцией являлся станичный атаман, избиравшийся станичным сходом.

Все казачьи войска изначально отбывали воинскую повинность по особым правилам, в основу которых были положены обязательность и всеобщность ее отбывания. В н. XX в. в казачьих войсках (за исключением Уральского) действовал Устав о воинской повинности от 17 апр. 1875, учрежденный для войска Донского, но в его применении для каждого войска были особенности, изложенные в особых правилах. Казаки являлись на службу со своим снаряжением и вооружением (кроме винтовок), имея собственных верховых лошадей. Служба всех казаков начиналась с 18 и длилась 20 лет, после чего казак зачислялся в ополчение, учет в котором велся только для 10 возрастов. Основанием для освобождения от службы являлись физическая негодность и принадлежность к духовному званию, но станичный сход делал расположение наряда по номерам, как правило, с учетом семейного положения наряжаемых.

В течение первых трех лет службы казаки состояли в подготовительном разряде и первый год вовсе не обучались, в течение второго года обучались в станицах и на третий собирались в лагеря; в продолжение этих трех лет казак должен был окончательно подготовиться и снарядиться для службы. Затем казаки поступали в строевой разряд, в котором состояли 12 лет, из них первые 4 года несли действительную службу в полках 1-й очереди, затем 4 года числились в полках 2-й очереди, жили в станицах, обязаны были иметь верховых лошадей и ежегодно собираться в лагеря, затем 4 года состояли в полках 3-й очереди, могли не иметь верховых лошадей и в лагеря собираться один раз. Кто не попадал в полки 1-й очереди, зачислялись сразу во 2-ю очередь, состояли в ней 8 лет и обязаны были ежегодно являться на лагерные сборы, а затем попадали в 3-ю очередь. Из строевого разряда через 12 лет все казаки перечислялись в запасной разряд, в котором состояли 5 лет, лошадей могли не иметь и предназначались для пополнения действовавших и формирования новых частей. По окончании 20 лет службы казаки перечислялись в ополчение, которое призывалось под оружие только Высочайшими манифестами. Казаки, имевшие льготы по образованию, пользовались сокращенными сроками службы и делились так же, как в регулярных войсках, на три разряда. Не способные к строевой службе назначались на нестроевые должности, не способные же ни к какой службе облагались денежным сбором, идущим на снаряжение беднейших казаков.

В Уральском войске служба продолжалась 22 года; по достижении 18 лет уральский казак назначался на 2 года во внутренно-служащий разряд, на 15 лет — в полевой, на 5 лет — снова во внутренно-служащий, а затем переводился в ополчение. Уральские казачьи полки пополнялись из полевого разряда прежде всего т. н. «обязательными», т. е. теми, которые в течение первых трех лет по зачислении в полевой разряд обязаны были пробыть по крайней мере один год на «внешней» службе, остальное требуемое нарядом число дополнялось призывом желающих. Все шедшие на службу получали от остающихся дома казаков полевого разряда «подмогу» (наемку), достигавшую 350—400 руб. От службы никто не освобождался, освобождение от уплаты подмоги допускалось только по уважительным причинам.

Казачьи войска выставляли конные, конно-артиллерийские и пешие части, входившие в состав действующих войск, и конные и пешие части для местной внутренней службы.

Донское, Уральское, Кубанское и Терское казачьи войска выставляли кроме армейских еще и гвардейские части. Конно-артиллерийские части имелись не во всех казачьих войсках и появились только в н. XIX в., впервые у донских казаков.

Было четко определено количество частей, выставляемых каждым казачьим войском в мирное и в военное время; последнее превышало первое почти в три раза. Казачьи части имели нумерацию с присоединением названия войска; казачьи полки состояли: армейские — из 6, гвардейские — из 4 сотен; сотня соответствовала эскадрону.

На 1 янв. 1900 по штатам мирного времени состояло: Донского войска — 2 гвардейских и 17 армейских конных полков, 6 отдельных конных сотен, 1 гвардейская и 7 армейских конно-артиллерийских батарей и 9 местных команд; Кубанского — 2 сотни Собственного Его Императорского Величества конвоя, 11 конных полков и 1 конный дивизион (2 сотни), 6 пеших пластунских батальонов (по 4 сотни в каждом), 5 конных батарей и 4 команды; Терского — 2 сотни Собственного Его Величества конвоя, 4 конных полка и 2 конных батареи; Астраханского — 1 конный полк (4 сотни); Уральского — лейб-гвардейская Уральская сотня и 3 конных полка; Оренбургского — 6 конных полков, 1 конный дивизион (2 сотни) и 3 конных батареи; Сибирского — 3 конных полка; Семиреченского — 1 конный полк (4 сотни); Забайкальского — 4 конных полка и 2 конные батареи; Амурского — 1 конный полк (3 сотни) и Уссурийского — 1 конный дивизион (2 сотни). В этих частях на действительной службе находилось всего 54 239 чел., из них офицеров — 2496 и нижних чинов — 51 743, что составляло к штатному составу военного времени офицеров — 56,1% и нижних чинов — 28%.

По штатам военного времени казачьи войска обязаны были выставить следующие части: Донское войско — 2 гвардейских и 52 армейских конных полка, 36 отдельных сотен, 1 гвардейскую и 17 армейских запасных сотен, 1 гвардейскую и 21 армейскую конные батареи, 1 запасную батарею и 9 команд; Кубанское — 2 гвардейские сотни, 37 конных полков, 16 пеших пластунских батальонов, 11 конных и 6 пеших запасных сотен, 5 конных батарей и 4 команды; Терское — 2 гвардейские сотни, 12 конных полков, 4 запасные сотни и 2 конных батареи; Астраханское — 3 конных полка и 1 конную сотню; Уральское — 1 гвардейскую сотню, 9 конных полков и 4 конные сотни; Оренбургское — 18 конных полков, 2 отдельных и 6 запасных сотен, 6 конных и 1 запасную батарею; Семиреченское — 3 конных полка и 1 конную сотню; Сибирское — 9 конных полков и 3 запасных сотни; Забайкальское — 5 конных полков, 5 пеших батальонов и 3 конных батареи; Амурское — 1 полк и 1 дивизион (3 сотни); Уссурийское — 1 дивизион (3 сотни). Всего по штатам военного времени было положено 4462 офицера и 188 908 нижних чинов. Казачье население Иркутской и Енисейской губ. выставляло 2 конные сотни. Вооружение казаков составляли шашка казачьего образца, винтовка драгунского образца и пика (только в передней шеренге), у кавказских казаков пик не было, но имелись кинжалы. Обмундирование казаков отличалось от общеармейского своим покроем, кавказские же казаки имели бешметы, черкески и бурки (вместо шинели); ездили на особых казачьих седлах без мундштуков и шпор, управляя лошадью посредством уздечки и нагайки.

История казачьего сословия. Исторические условия развития двух половин Руси, московской и литовской, вызвали к жизни и там, и здесь однородное явление — казачество. Причины его появления были в обоих случаях в чем-то схожи, в чем-то различны, что и придало особый характер каждой из двух ветвей казачества — великорусской и малорусской. Казачество Восточной Руси возникло на юго-востоке страны как сила противодействия старых элементов господствующему единодержавию и всем его порядкам, особенно тягловому началу. Охватывая все больший круг населения, они вели к возвышению и усилению Москвы и ее правителей. Ряды казачества пополнялись за счет недовольных новыми порядками, тех, кто не уживался в обществе, кого тяготили его узы. Более энергичные и предприимчивые люди из Руси стекались к южным и восточным границам или пересекали их и селились в «поле». Жившие в пределах древних княжеств представляли собой род пограничного войска, на которое возлагалась особая сторожевая и разведочная служба; это были городовые казаки. Ушедшие в «поле» жили самостоятельно и кормились за счет своих и чужих, но особенно последних. Им приходилось вести постоянную борьбу с соседними татарскими племенами, жить военной добычей или грабежом, защищая свои жилища от назойливых неприятелей. Само название «казаки», полученное этими вольниками, несомненно, татарское и означало сначала вольных бездомных бродяг, а позже низший разряд воинов, набранных из такого рода бродяг; такие «татарские казаки» существовали еще до появления русских. У нас, как и у татар, слово «казак» стало означать и вообще вольного удальца, и, в более узком смысле, жителя военного поселения на окраинах Руси.

Первое упоминание о великорусских казаках относится к 1444, и это казаки рязанские. С ослаблением татарских набегов во 2-й пол. XV в. казацкие поселения увеличиваются, расширяются и далее на восток. В то время на Дону и Волге почти не было никаких постоянных поселений. Но уже встречаются упоминания о походе казаков «мещерских» в 1493 под Азов, куда они ходили «добывать языка», и т. п. Развитию казачества и расселению их у берегов Дона, Волги и далее способствовали окончательная ликвидация уделов и объединение Московского государства, а также последовавшее за ним поступательное движение власти в сторону расширения и укрепления за собой границ государства. В XVI в. казачество обретает все большую силу.

Что касается литовской Руси, то еще в к. XV в. схожее «казачество» начало расселяться вдоль Днепра. В XVI в. соединение Литвы с Польшей, приведшее впоследствии к установлению в Южной Руси шляхетско-крепостнического режима, способствовало распространению казачества как противника новых порядков. В Южной Руси к казацкому вопросу примыкала, чем осложняла его, племенная и впоследствии религиозная вражда.

Казаки на новых местах расселения обосновывались по-своему. Идеалом казачества была полная личная свобода, никем не стесняемое общинное землевладение, выборное управление и самосуд, равенство всех членов общины независимо от происхождения и взаимная защита от внешних врагов. Поэтому в своем бытовом устройстве казаки предпочитали частной недвижимой собственности общее владение земельными угодьями, а власти избирались на определенный срок, и только в походах власть предводителей временно принимала единовластный характер, при наличии контроля за ее действиями после того как минует военная опасность. Сказанное относилось к вольным казакам; городовые же казаки подчинялись правительственным властям как Московского, так и Польско-Литовского государства, но они не играли главенствующей роли в истории казачества.

Со 2-й пол. XVI в. московская власть приступает к попыткам наказывать «воровства» казаков и обуздывать их своеволие, даже подчинить их себе до определенной степени. Так, в 1577 стольник Мурашкин разгромил казаков на Волге, примерно в то же время были оттеснены и казацкие отряды под предводительством Ермака, ушедшие на северо-восток к Уральским горам. Но меры московского правительства не ослабили казачество, которое все разрасталось, расширяя границы своих поселений. Этому способствовали: 1) расширение границ России и освоение обширных незаселенных пространств; 2) тяжелое положение низших классов, на которых ложились расходы на содержание власти, начиная с воевод и других служилых людей и кончая опричниной; 3) постепенное распространение кабалы и закрепощение земледельческого населения. В той же 2-й пол. XVI в. польские власти тоже делают попытки регулировать свои отношения с малороссийским казачеством и взять его под свой контроль, но безуспешно. Известно, какую роль сыграли казаки в Смутное время. Стремление казаков распространить начала своего вольного быта на все Московское государство окончилось неудачей, но, вмешавшись в дела Москвы, казачество оказалось с ней в неразрывной связи, и с окончанием острого периода Смутного времени набирает силу упорная борьба московского правительства с казачеством, которая длится весь XVII в. и итогом которой становится подчинение казаков укладу русской государственной жизни. Уже во 2-й пол. XVI в. кроме городовых казаков упоминаются целые казачьи войска — Волжское, Донское, Яицкое, Гребенское, Терское. Рассмотрим по отдельности историю каждого из них, а также некоторых других, возникших позднее.

Казаки азовские. Так назывались потомки запорожцев, переселившиеся из-за Дуная в Россию в числе ок. 1,5 тыс. чел. под предводительством Осипа Гладкого. Они расселились по берегу Азовского моря в районе между Бердянском и Мариуполем и сначала назывались «Отдельным запорожским войском», а с 1831 — Азовским. Главнейшей службой этого войска были поиски добычи вдоль восточного берега Черного моря. Впоследствии казачьи семьи стали переселять на Кавказ, что вызвало большой ропот, вследствие того что казакам давали места, неудобные для хлебопашества, и признавали их отдельными поселенцами, поэтому расселяли вперемешку с другими переселенцами в западной части Кавказа. В 1864 переселенческий вопрос был улажен, а в 1865 Азовское казачье войско было упразднено.

Казаки волжские (см.: казаки терские).

Казаки донские расселялись в области р. Дон. Эта река во времена Геродота называлась Танаисом. Дон, оставаясь степной рекой, по берегам которой бродили кочевники, долго не играл значительной роли в передвижении оседлого русского населения на юг. Из русских поселений в верхнем течении реки в летописи упоминается только Воронеж (1177), принадлежавший рязанским князьям. В 1380 на верхнем притоке Дона Непрядве происходила знаменитая Куликовская битва. В XVI в. иностранные писатели отмечали, что из рязанской земли проходил торговый путь через Донков (Данков) на Дону, где купцы грузились по осени, когда Дон становился благодаря дождям судоходным, и отправлялись вниз по реке в Азов, Кафу и Константинополь. В самом к. XVII в. путешественники, направляясь вниз по реке, встречали уже много поселений кроме Воронежа: города Костенку, Уры-ву, Коротояк, Черкас, до 30 вотчин и 50 казачьих городков. В эту область Дона стекалось население из русских областей, строившее казацкие поселки. В XVI в. донских казаков уже знают соседи, и из-за них ведутся переговоры с московским правительством. Так, в 1549 ногайский князь Юсуф жаловался, что, когда его люди ходили в Москву по торговым делам, казаки и севруки, стоявшие на Дону, побили их. Хотя московское правительство и отказывалось от своевольников, заявляя, что «эти разбойники живут без нашего ведома, от нас бегают», оно само нуждалось в казаках как защитниках окраин от ногайцев и крымцев, поэтому сквозь пальцы смотрело на постоянную вражду донских казаков с т. н. «азовскими турецкими казаками». Однако донские казаки не только враждовали с татарами и в большинстве случаев не исполняли наказов московского правительства, но и проникали к Волге, где грабили царские суда, убивали людей, разбивали отряды персидских и бухарских послов и русских торговых людей.

Официальные сношения с донскими казаками начались в 1570, когда царь Иван IV, нуждаясь в их помощи во время войны с Ливонией, прислал на Дон грамоту с Л. Новосильцевым, отправленным в Крым. С этой первой царской грамоты Донское войско получает официальное признание. В это время главным центром донского казачества был о. Верхние Раздоры, между Доном и рукавом р. Донец. В к. 1570-х Иван IV вынужден был выслать против донских казаков воевод с большим числом ратных людей; одних казаков отлавливали и казнили, другие разбегались как «волки», по выражению летописи. В царствование Федора Ивановича казаки опять ведут активную борьбу с татарами, а в 1590 вместе с запорожцами доходят до Трапезонта и Синопа, окрестности которых выжигают, так что во время посольского пребывания Нащокина в Константинополе велись переговоры о них. Правительство султана обещало усмирить крымского хана, а также азовских и белгородских людей, если царь велит «с Дону казаков свести». Не меньше беспокойства доставляли донцы и при Борисе Годунове, но особенно видную роль играли они в Смутное время 1-й четв. XVII в. Уже после избрания Михаила Федоровича в 1618 донские казаки добровольно присоединились к отрядам короля Владислава, надеясь на возобновление Смуты. В 1618 мирные отношения с донцами были наконец установлены и казакам была послана грамота царя. Положено было ежегодно отпускать донскому войску 7000 четвертей муки, 500 ведер вина, 230 пудов пороха, 150 пудов свинца, 17 142 руб. денежного жалованья и на перевозные суда 1169 руб. 60 коп.

В 1623 донские казаки поступают в ведение Посольского приказа. По прекращении смут казаки свои главные силы обратили на выяснение отношений с азовцами, стремясь найти свободный выход в море. Особенно их вражда обострилась в 1620-х, когда донцы буйствовали и грабили по всему берегу Азовского моря и, прорываясь через Керченский пролив, опустошали Южное побережье Крыма. Турецкие послы стали предъявлять московскому правительству настойчивые требования унять казаков. Правительственные меры и отлучение донцов от Церкви Патриархом вызвали бунт на Дону (1630), приведший к тому, что казаки убили московского воеводу Карамышева, который вручил им опальную грамоту. Донские казаки стали постоянно преграждать путь московским и константинопольским посольствам, а их отряды громили северные берега Малой Азии и даже доходили верст на 100 до Царьграда. В 1632 донские казаки, воздержавшись от действий на Черном море, двинулись на Яик и с тамошними казаками выплыли в Каспийское море, где стали опустошать прибрежные персидские области, но в последующие годы возобновили действия против татар и турок. В 1635 вместе с днепровскими казаками они подступили к Азову и чуть его не взяли, а в 1637 убили турецкого посланника Фому Кантакузина, продвигавшегося по Дону к Москве, и опять подошли к Азову, который на этот раз взяли. Город надолго остался в руках казаков, т. к. Турция была связана войной с Персией, и только в 1641 султан Ибрагим I двинул под Азов 240-тысячное войско. По решению Московского Собора 1642 царь Михаил послал казакам грамоту, в которой отказывался от предложения овладеть Азовом и приказал казакам покинуть город. Казаки вышли, не оставив в нем камня на камне, и турецкому войску, занявшему Азов, достались одни развалины.

Во время восстания Богдана Хмельницкого донские казаки пришли ему на помощь, но неохотно подчинялись приказам и военной дисциплине, что вызывало постоянное недовольство гетмана. В царствование Алексея Михайловича донцы были самыми активными участниками бунта Степана Разина. Раскольники сразу же после раскола нашли себе убежище на Дону среди казаков. Начиная с 1677 в Москву стали поступать сведения о том, что в казацких юртах завелись старцы и попы, а также прохожие люди, хулящие печатные книги, церковную службу и иконное письмо, не поклоняются образам Божиим, подговаривают многих людей из донских городков и перекрещивают их. Вскоре на Дону появились и раскольничьи скиты. В 1688 туда были направлены царские войска, которые взяли городок на Медведице, где засели раскольники, многих казнили, а остальных отправили в ссылку. Значительная часть раскольников ушла на р. Каму, а позже на Кубань, в пределы владений крымского хана, и на р. Терек. С 1689 вместо выборного духовенства донским казакам стали присылать назначенное московским правительством. Немалое волнение среди донцов вызвали события 1682; будучи верными союзниками Петра I во времена Азовских походов, они возмущались крутой расправой над зачинщиками стрелецкого бунта 1698, говоря: «Отцов наших и братьев, и сродичев порубили, а мы в Азове зачтем — начальных людей побьем».

Начиная с 1690 ежегодно росло число беглых людей из московских пределов на Дон, а донские казаки постоянно отказывались их выдавать. Хотя они и отклонили предложение принять участие в астраханском бунте 1705, за что были пожалованы войсковыми клейнодами, но уже в 1708 они активно поддерживали башкирский бунт и в том же году присоединились к крупному мятежу Булавина. После него только во время пугачевского бунта произошло массовое возмущение донских казаков, хотя в течение всего XVIII в. они не переставали оказывать сопротивление требованиям выдачи беглых, назначению неугодных старшин и в религиозных и иерархических вопросах. Постепенно, однако, донских казаков приобщали к государственной жизни. При Петре I донцам выдавалось жалованье и их число составляло 14 226; в 1716 они были переведены в ведение Сената, а в 1723 царь назначил, впервые без выборов, атаманом донских казаков Андрея Лопатина. Начиная с 1738, когда атаманом был назначен Даниил Ефремов, выборных атаманов у донских казаков уже не было.

В сер. XVIII в. область размещения войска Донского с казачьими городками была разделена на округа. В 1754 право выбора старшин было поставлено под контроль Военной коллегии, а войсковые звания заменены назначаемым правительством войсковым чином. Эти казачьи войсковые чины были в 1799 приравнены к военным чинам армии, что положило начало образованию дворянства и связанного с ним крепостничества. В 1755, по замыслу Г. А. Потемкина, военное управление донских казаков было отделено от гражданского и была учреждена Войсковая канцелярия. Такого направления придерживалось русское правительство вплоть до 1802, когда Донская обл. была разделена на 7 округов (в 1806 к ней был присоединен восьмой — задонский, где кочевали калмыки). Важнейшей реформой было введение в 1835 нового положения об управлении Донским казачьим войском. В 1887 к Донской обл. были присоединены Ростовский у. Екатеринославской губ. и Таганрогское градоначальство, вследствие чего она была разделена на 9 округов.

Казаки малорусские. Первое сведение о них встречается в 1499 в грамоте вел. кн. Литовского Александра. Под казаками грамота подразумевает воинов, занимавшихся торговлей и промыслами; они упоминаются как продавцы рыбы, доставлявшие ее в Киев по Днепру как сверху, так и снизу. Средоточием собственно военного казачества первоначально являлась юго-восточная часть Киевского воеводства — область городов Канева и Черкасс; от последнего и пошло само название днепровского казачества у московитян — «черкасы». В н. XVI в. были известны два рода этих казаков: одних набирали старосты из королевских местечек и волостей, другие собирались в большие шайки и сами выбирали себе предводителей. Первые назывались по имени своего старосты и предводителя; так, под 1503 в источниках упоминаются князево-дмитровы казаки (киевского воеводы Дмитрия Путятича). Их непосредственным начальником был черкасский наместник киевского воеводы, староста каневский и черкасский. При Сигизмунде I таким старостой являлся известный по своим военным действиям атаман днепровских казаков Евстафий Дашкович. Ему удалось выхлопотать для казаков права на обширные земли, лежавшие южнее и почти тогда не заселенные; здесь он построил несколько крепостных замков для отражения татар, в т. ч. Чигирин. Преемникам Дашковича, старостам Василию Тышкевичу и Яну Пеньку, казаки весьма слабо повиновались. В то время кроме этого вида днепровского казачества, городового и оседлого, стало зарождаться казачество вольное «низовое», впоследствии сосредоточившееся у Днепровских порогов (см.: Запорожская сечь).

Казаки вообще оказывали мало повиновения властям, и усиление их своевольства при атаманах Федоре Богданке, Иване Подкове и Шахе вызвали неудовольствие и опасение польского правительства. Стефан Баторий предпринял попытки упорядочить отношения с казаками, организовать их и подчинить правительственной власти. Он выделил из них особое сословие, т. н. реестровых казаков, по образцу пограничной венгерской стражи, или гайдуков. Учрежденная комиссия обязана была в определенное время набирать их из жителей коронных имений Южной Руси и вносить их в список (реестр). Их должно было быть не более 6 тыс., и из них было сформировано 6 полков — Черкасский, Каневский, Чигиринский, Белоцерковский, Корсунский и Переяславский. Каждый полк находился под начальством полковника и его помощника есаула и делился на 10 сотен под начальством сотника и его есаула. Место старосты у казаков занял гетман, утверждаемый королем; для резиденции ему был выделен г. Трехтемиров с монастырем в Каневской земле. При гетмане находились генеральские чины — есаул, судья, обозный, писарь. Всем казакам было положено жалованье, по червонцу в год, и по тулупу и т. д. Но реестровое казачество не могло охватить всех желающих и, несмотря на постоянные попытки польского правительства оградить его рамками этой организации, основная масса казаков оставалась вне пределов его власти и контроля.

В к. XVI в. социально-экономический, а затем национально-религиозный гнет Польши над Русью вызвал упорную и кровопролитную борьбу, которую возглавили малорусские казаки. Первое восстание в 1593, охватившее Киевское, Волынское и Брацлавское воеводства, под предводительством Косинского и второе на Волыни в 1595 во главе с Наливайко и Г. Лободой были вскоре подавлены польским правительством. В н. XVII в. казачество предприняло походы на татар и турок во главе с гетманом Конашевичем-Сагайдачным. Отношения между Русью и Польшей, казаками и правительством обострились после смерти Конашевича. После заключения Хотинского мира между Польшей и Турцией в 1621 казакам было строго запрещено вторгаться в турецкие пределы. Они в следующие годы совершили целый ряд удачных походов к берегам Черного моря, а также в Молдавию и Валахию. В 1625 турки двинули значительные силы и одержали большую победу над казацкими чайками в Черном море. Поляки решили усмирить казаков, и они в том же году направили в Варшаву смелые жалобы на притеснения с требованием своих прав. Тогда гетману Станиславу Конецпольскому было приказано применить против казаков оружие. Казаков возглавили сначала гетман Жмайла, а потом П. Д. Дорошенко. Казаки были побеждены, и их сопротивлению положил конец Куруковский договор. Но походы казаков в турецкие пределы продолжались. Они опустошали побережья Черного моря, захватили и разорили гавани в Килии, Измаиле, Варне и др. и в 1629 даже подходили к Босфору. Притеснения экономические, национальные и религиозные стали причиной нового восстания казаков в 1630 под предводительством Тараса Трясилы, вновь подавленное поляками. В 1635 для преграждения продвижения южнорусского населения на Запорожье и обратно на Днепре была построена крепость Кодак, в том же году разрушенная казаками под предводительством Сулимы. Сулима и казаки были наказаны, но уже в 1637 началось новое казацкое восстание под предводительством Павлюка. Казаки были разбиты под Кумейками (ниже Черкасс по Днепру), но окончательно не сломлены; вспыхнувшим в следующем году восстанием предводителями были Гуня и Остранин. Усмирение восставших повлекло за собой массовое бегство казаков в соседние пределы Московского государства (1638); крепость Кодак была восстановлена.

Почти 10 лет в Малороссии не было крупных восстаний, пока во главе казаков не оказался Богдан Хмельницкий. После присоединения к России численность малорусского казачества составляла 60 тыс. чел., но эта цифра всегда завышалась. История казачества при последующих гетманах Ю. Хмельницком, И. Выговском, И. Брюховецком, Д. Многогрешном, Тетере, Н. Ханенко, Дорошенко, И. Самойловиче, Мазепе, И. И. Скоропадском, Д. Апостоле была тесно связана с историей Малороссии вообще. Сословные отношения казаков со временем утрачивали свой прежний характер. Старшина стремилась не допускать перехода крестьян в казачество, но поощряла обратный переход, выгодный для ее стяжательных целей. Эти цели, борьба с ними простых казаков и стремление казачьей старшины проникнуть в русское дворянство занимали одно из первых мест в истории малорусского казачества в XVIII в. Нивелировка закончилась окончательным закрепощением малорусского крестьянства, уничтожением малорусских казачьих полков и созданием вместо них в 1783 регулярных карабинерных полков.

Казаки оренбургские. Основу Оренбургского казачьего войска составили казаки исетские, уфимские и самарские. Первые являлись потомками соратников Ермака Тимофеевича. Сначала они жили на р. Тюмени, а потом стали продвигаться вверх по р. Исети, где в это время жили татары. Основателем острожков на Исети был казак Давыд Андреев, который в 1649 по приказу из Тобольска построил Красный Бор. Затем стали появляться острожки Усть-Миасский, Исетский и Колчаданский, а впоследствии, вплоть до 1688, еще 15 новых городков. До 1736 исетские казаки сохраняли свое самоуправление и общинный быт. В 1736 было образовано особое войско, возглавляемое правительственной администрацией. Казаки уфимские произошли от казаков городовых, или станичников; в Уфимском крае они появились ок. 1574. В 1586 был основан и центральный городок Уфа. Уфимские казаки постоянно боролись с башкирами, как с туземным населением. Казаки, сосредоточившиеся около Самары (осн. ок. 1586), вынуждены были вести постоянную борьбу с ногаями, башкирами и калмыками. Последние в 1639 едва не овладели Самарой и не разрушили ее. В 1688, 1689, 1697 и 1700 самарским казакам были даны и подтверждены грамотами войсковые привилегии. В 1743 они были переведены в Оренбург, где вместе с исетскими и уфимскими казаками при Неплюеве составили основу Оренбургского казачьего войска. В 1755 был утвержден штат войска. В 1798 оно было разделено на 5 кантонов, а в 1803 подверглось общей реформе вместе с Уральским и Черноморским войсками. В 1835 оренбургские казаки продвинулись далее на восток, когда новая крепостная линия пролегла от крепости Орской по направлению к северо-востоку до редута Бердовского на р. Уе. В 1837 общая численность населения Оренбургского казачьего войска (вместе с женщинами и детьми) составляла 93 053 чел., в т. ч. казаков насчитывалось до 14 тыс. В 1840 была осуществлена реформа войска с наказным атаманом во главе и с войсковым правлением для гражданских дел. Последнее в 1865 было подчинено оренбургскому губернатору.

Казаки сибирские. Расселение их зависело от военно-политической стратегии русского правительства. Набеги в бассейне р. Иртыш степняков, особенно калмыков и киргизов, вызвали необходимость укрепить границы оборонными пунктами. В царствование Петра I на Иртыше было построено 5 крепостей: Ямышевская, Омская, Железинская, Семипалатинская и Усть-Каменогорская. В 1725 для этих крепостей был назначен штат из 785 крепостных казаков, и их число пополнялось городовыми казаками из Тары, Тобольска и Тюмени, проходившими годичную службу. В 1758 сюда было откомандировано по 1 тыс. чел. из Донского и Яицкого войск на двухгодичную службу, впоследствии вместо них посылались башкиро-мещеряцкие команды. В 1770 сибирские казаки были освобождены от тягостной повинности казенного хлебопашества и выведены из батраческого положения даровых военно-рабочих команд в крепостях; в 1773 вышло повеление о наделе их землей по 6 десятин на душу, в 1801 казакам были разрешены поездки в Киргизскую степь для рыболовства и собирания хмеля, причем они освобождались от платежа таможенных пошлин. Вдоль границ благодаря этим льготам в н. XIX в. насчитывалось до 6 тыс. сибирских казаков. Определенная стройность и организованность была им придана в 1808, когда произошло утверждение первого штата Сибирского линейного казачьего войска. По новому утвержденному в 1846 положению Сибирское казачье войско получило значение регулярного, и в его состав вошли все крестьянские деревни, расселившиеся вдоль казачьих линий, вследствие чего численность войска увеличилась до 29 138 лиц мужского пола. Казачьи поселения сибирских казаков, построенные среди кочевьев большой Орды, на бывшей территории Джунгарского царства, послужили основой для сформированного в 1867 Семиреченского казачьего войска.

Казаки слободские расселились в степной полосе Харьковской губ. и Острогожского у. Воронежской губ. Это были выходцы из Малороссии и Украины. Впервые упоминаются переселенцы во времена Ивана IV. Тогда был построен и укреплен г. Чугуев. В к. XVI — н. XVII в. борьба казаков с Польшей прибивала волна за волной все новые группы поселенцев к границам Московского государства. Особенно сильны наплывы беглецов были после потерпевших неудачу восстаний Гуни и Остранина в 1638 и битвы Хмельницкого под Берестечком в 1651. Центром их был поначалу г. Острогожск, около которого и находился первый слободской казацкий полк — Острогожский; затем возникли слободы Харьковская в 1653, Сумская, Ахтырская. Слобожане селились по рекам Коротояк, Воронеж, Новый Оскол, Лопань, по верховьям Исла, Ворсклы, Донца. В 1656 Харьков был назван городом. К Острогожскому присоединились новые полки — Сумский, Харьковский, Ахтырский. Впоследствии они были причислены к Белгородскому разряду и стали именоваться «Слободскими украинскими казачьими полками», а край, заселенный ими, получил общее название Слободской Украины в отличие от просто «Украины», состоявшей из Белгородского и Севского полков. Устройство поселений было военно-казацким с сохранением обычаев и порядков, вынесенных переселенцами из их родных мест.

Во 2-й пол. XVII в. слободские казаки были участниками всех войн московского правительства с соседями. Петр I определил общую численность казаков в полках в 3,5 тыс. чел. и в 1700 объявил им о походе на север для участия в войне со шведами. Слободские казаки принимали активное участие в Северной войне и усмирении астраханского и булавинского бунтов. В 1718 им было приказано «быть в ведомстве по губерниям, оставаясь в военном отношении под начальством русского генерала», командовавшего украинской дивизией, расположенной в Слободской Украине. В 1726 ведение слободскими полками было поручено Военной коллегии, а с 1729 началось постепенное преобразование казацкого войска в регулярное. В 1732 решено было преобразовать слободские полки, в связи с чем была создана Комиссия учреждения слободских полков, а ее канцелярия стала главным присутственным местом. Полковые ратуши были переименованы в полковые канцелярии, право же слободских казаков занимать земли и прочие угодья упразднены. Комплект слободских казаков был определен в 4200 чел., и все 5 полков были подчинены одному начальнику — бригадному командиру, над которым стоял начальник Украинской дивизии. Особенные трудности испытывали слободские казаки в 1730-е во время походов Б. К. Миниха. В то же время в 1738 из военно-служилых казаков был сформирован Слободский драгунский полк. При Елизавете в 1743 эти реформы слободских полков были отменены. В 1765 Екатерина II подвергла радикальным преобразованиям Слободскую Украину. Полки выборных казаков были упразднены, а вместо них сформировано 5 гусарских полков — Ахтырский, Изюмский, Острогожский, Сумский и Харьковский. Позже были сформированы еще Харьковский гарнизонный батальон и Гусарский украинский полк, последний — из рослых владельческих крестьян. Казацкая служба слободских полков окончательно прекратилась к концу первой русско-турецкой войны 1774. В 1784 слободские гусарские полки были упразднены, а вместо них сформировано 10 легкоконных полков.

Казаки терские выделились из гребенских, переселившихся с Волги. Упоминаются впервые в 1577, когда на р. Терек был воздвигнут городок Усть-Суюнчи. В 1586, в 15 верстах от устья Терека, был возведен новый городок, получивший название Усть-Терки. Т. о., к н. XVII в. на Тереке имелись селения гребенских и терских казаков. Петр I переселил часть казаков далее на юг, на р. Сулак, пограничной же для поселения была р. Аграхань. Эти казаки стали называться аграханскими и сосредоточились около укрепления Св. Крест. В 1736, по возвращении Персии дагестанских завоеваний Петра I, вернулись на Терек и русские казаки, поселившиеся с тех пор около Кизляра. Так образовались две ветви терских казаков — терские-семейные и терские-кизлярские. В 1742 гребенские и терские-семейные казаки были объединены с первым названием, но в 1755 — снова разделены. Главную борьбу терским казакам приходилось выдерживать с кавказскими горцами. В таком виде просуществовали они до 1832, пока не вошли в состав Кавказского линейного войска.

Казаки черноморские и кубанские появились после разорения Запорожской Сечи. Кн. Потемкин во время второй русско-турецкой войны, желая использовать казацкие силы, испросил в 1787 у Екатерины II разрешения на устройство «войска верных казаков», гл. обр. из бывших запорожцев. Им была сначала выделена земля в Керченском Куте или на Тамани. Вождями казаков были Сидор Белый, Антон Головатый и Захарий Чепега. Во время войны с Турцией казаки оказали русским войскам существенную пользу. В 1790 Потемкин был назначен великим гетманом казаков Екатеринославских и Черноморских войск и выхлопотал для поселения казаков вместо Тамани землю между Бугом и Днестром до берега Черного моря. Расселившиеся здесь казаки избрали центром своего коша м. Слободзею. После смерти Потемкина в С.-Петербург была послана депутация казаков во главе с Головатым. Императрица решила переселить казаков на Кавказ. Черноморскому войску была дарована земля между Черным и Азовским морями, по р. Ею до Усть-Лабинского редута. Войсковому начальству было предоставлено право чинить внутренний суд и расправу; казаки могли заниматься торговлей и промыслами и обязывались охранять границы на Кубани от набегов горцев (1792). Они основали 40 поселков (куреней) и г. Екатеринодар (1794).

Главным делом казаков стала продолжительная, постоянная и упорная борьба с горскими народами. Во времена Павла I во главе казаков стоял атаман Котляревский, не любимый войском; во время его правления спокойствия не было в его рядах (напр., бунт 1797). В 1799 Котляревского сменил атаман Бурсак. В 1801 была учреждена Войсковая канцелярия и Черноморское войско было разделено на 20 полков. Деятельное участие принимали казаки в войнах на Кавказе при Александре I. В его же царствование в состав Черноморского войска вошли 500 буджакских казаков, выходцев из Турции (1808), а также поселенцев из Малороссии (в 1809—11 — св. 23 тыс. душ и в 1821—25 — св. 20 тыс.). В 1820 Черноморское войско было подчинено начальнику отдельного Грузинского корпуса (с 1821 — Кавказский корпус), а войсковая земля причислена к Кавказской губ. Внутренняя жизнь войска все более осложнялась борьбой частного землевладения с общинным, а особенно захватами старшиной в личную собственность обширнейших земельных участков. 50-летие существования черноморских казаков на Кубани было ознаменовано новым положением о войске; оно было весьма сходно с составленным для Донского войска. В то же время был установлен размер наделов землей: для обычного казака — 30 десятин, обер-офицера — 200, штаб-офицера — 500 десятин и генералов — 1500. В 1870 эти участки были переданы в потомственную собственность владельцам. В 1860 было образовано Кубанское казачье войско, в состав которого вошла кроме бывшего Черноморского войска значительная часть Кавказского линейного, а именно полки Кубанский, Кавказский и Хоперский.

Казаки яицкие (уральские). Упоминания о казаках, селившихся по р. Яик (ныне Урал), относятся ко времени после разгрома волжских казаков в 1577 стольником Иваном Мурашкиным. В 1580 беглецы с Волги сожгли ногайский городок Сарайчик на Яике, поднялись вверх по реке и, достигнув устья р. Рубежной, поселились там. В 1591 они уже вступают в сношения с московским правительством и посылают наряд из 500 казаков против «непослушника царского» хана Шамхала. К к. XVI в. количество казаков увеличилось во много раз и образовалась типичная казацкая община с характерными для нее самоуправлением, выборным началом и общим пользованием землей и войсковыми угодьями. Главным промыслом казаков было рыболовство, существовало и скотоводство, а хлебопашеством они не занимались. Хлеб, вино, провизию казаки покупали преимущественно в Самаре и других волжских городах или меняли на рыбу у приезжающих в Яицкий городок торговцев. Свинец, порох и орудия казаки начали получать от московской казны. Но зависимыми себя от Московского государства они не считали. Вскоре у них завязались отношения с Хивой, причем мир чередовался с враждой. В 1602 казаки нападали на хивинский городок Ургендж. В Смутное время особое участие яицкие казаки приняли в эпизоде с Заруцким, бежавшим на Яик в 1614 после поражения у устья Волги в сражении с отрядом стрелецкого головы Хохлова. Заруцкий и Марина Мнишек были выданы московскому правительству. В самом начале царствования Михаила Федоровича яицким казакам была выдана грамота, по которой они были пожалованы землями по нижнему течению Урала и его притокам с обеих сторон, начиная от впадения р. Илек. В 1623 Яицкое войско было передано в ведение Посольского приказа. В 1632 оно принимало участие в походе на Персию вместе с Донским. В 1645 царь Михаил повелел Михаилу Гурьеву строить крепость в районе устья Яика, возведение которой было окончено в н. 1650-х. Яицкие казаки участвовали в бунте Степана Разина в 1671.

В 1680 они поступили в ведение Казанского приказа, в 1719 перешли в подчинение Коллегии иностранных дел, а в 1721 — Военной коллегии, и хотя эта перемена не задела устройства казацких общин, она предусматривала правительственный контроль за всеми делами. С 1723 был введен порядок утверждения выбранного войскового атамана правительством, и первым был утвержден Григорий Меркурьев. Это новшество повлекло за собой смуты и недовольства. Наладить дела в Яицком войске взялся И. И. Неплюев, первый губернатор Оренбургской губ., образованной в 1744; в состав новой губернии вошло как нерегулярное войско и Яицкое. Неплюев отстоял право на существование этого войска, указав на ненормальности в управлении им и отношении к нему, и предложил проект реформ, который был осуществлен, но не до конца. В нем были обозначены границы поземельных владений, илецкие казаки, как выходцы с Яика в 1730, введены в состав Яицкого войска, подробно перечислены права и круг обязанностей всех должностных лиц, а также оклады для служащих, были изложены подробные указания по устройству полков или станиц, по походной и городской артиллерии, порядку содержания форпостов, отбыванию нарядов и командировок, даже по рыбному и другим промыслам и т. д. Все войско было разделено на 7 полков по 500 чел. в каждом, жалованье составляло 7901 руб. в год.

После Неплюева, умевшего ладить с казаками, отношение правительственной власти к Яицкому войску ухудшилось, особенно в связи с церковно-религиозным вопросом. Среди яицких казаков было много раскольников, и их преследования усилились при архиеп. Казанском Луке Конашевиче. Дело усугубляли постоянные притеснения со стороны старшин и крайнее недовольство ими казаков. Осложнили обстановку и требования посылки отряда яицких казаков в формировавшийся казачий легион. Екатерина II поручила произвести расследование жалоб и ссор командующему регулярными войсками генералу Траубенбергу и капитану Дурново. Они повели дело бестактно и явно мирволили старшине. В Яицком городке вспыхнул бунт. Траубенберг и многие из старшин были убиты; посланный для усмирения генерал Фрейман жестокими мерами, казалось, подавил бунт, а казаков лишил всех войсковых привилегий. Но вскоре разразилась Пугачевщина, в которой первую роль сыграли яицкие казаки; так, тремя главными сообщниками Пугачева с Яика были Перфильев, Чика и Шигаев. Именным указом 1775 Яицкое войско было переименовано в Уральское, р. Яик — в Урал, а Яицкий городок — в Уральск. Народное правление и круги были отменены, право назначения атамана — предоставлено исключительно Высочайшей воле, войсковая артиллерия отобрана, и в городок был введен постоянный регулярный гарнизон. Согласно реформе 1803, Яицкое войско было разделено на 10 полков, которые должны были выставлять поочередно по требованию правительства определенные войсковые отряды, гражданское же управление стала осуществлять учрежденная на новых основаниях Войсковая канцелярия. Для войска вводилась единая форма одежды и оружия. Общее положение о казаках 1835 окончательно завершило их формирование как потомственного военного сословия.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс