Герои своего времени

В. Ключевский

[Московские князья] умеют отсиживаться от неприяте­ля за дубовыми, а с Дмитрия Донского за каменными стена­ми московского Кремля, но еще охотнее при нападении врага уезжают в Переяславль или куда-нибудь подальше, на Волгу, собирать полки, оставляя в Москве для ее защиты владыку митрополита да жену с детьми. Не блестя ни круп­ными талантами, ни яркими доблестями, эти князья равно не отличались и крупными пороками или страстями. Это де­лало их во многих отношениях образцами умеренности и аккуратности; даже их наклонность выпить лишнее за обедом не возвышалась до столь известной страсти древнерус­ского человека, высказанной устами Владимира Святого. Это средние люди древней Руси, как бы сказать, больше хронологические знаки, чем исторические лица. Лучшей их фамильной характеристикой могут служить черты, какими характеризует великого князя Семена Гордого один из поз­днейших летописных сводов: «Великий князь Симеон был прозван Гордым, потому что не любил неправды и крамолы и всех виновных сам наказывал, пил мед и вино, но не напи­вался допьяна и терпеть не мог пьяных, не любил войны, но войско держал наготове». В шести поколениях один Дмит­рий Донской далеко выдавался вперед из строго выравнен­ного ряда своих предшественников и преемников.

[…] У каждого времени свои герои, ему подходящие, а XIIIи XIV века были порой всеобщего упадка на Руси, вре­менем узких чувств и мелких интересов, мелких, ничтож­ных характеров. Среди внешних и внутренних бедствий люди становились робки и малодушны, впадали в уныние, покидали высокие помыслы и стремления; в летописи XIII—XIVвв. не услышим прежних речей о Русской земле, о не­обходимости оберегать ее от поганых, о том, что не сходило с языка южнорусских князей и летописцев XI—XIIвв. Лю­ди замыкались в кругу своих частных интересов и выходи­ли оттуда только для того, чтобы попользоваться в счет дру­гих. Когда в обществе падают общие интересы и помыслы его руководителей замыкаются в сердоликовую коробку, положением дел, обыкновенно, овладевают те, кто энер­гичнее других действует во имя интересов личных, а такими чаще всего бывают не наиболее даровитые, а наиболее уг­рожаемые, те, кому наиболее грозит это падение общих ин­тересов. Московские князья были именно в таком положении: по своему генеалогическому значению это были наи­более бесправные, приниженные князья, а условия их эко­номического положения давали им обильные средства дей­ствовать во имя личной выгоды. […] Условия жизни нередко складываются так своенравно, что крупные люди размени­ваются на мелкие дела, подобно князю Андрею Боголюбскому, а людям некрупным приходится делать большие де­ла, подобно князьям московским.

Курс русской истории. Соч.: В 8 т. М., 1957.Т. 2. С. 50-53.

Миниатюра: Семен Гордый (Симеон I Иванович Гордый) великий князь московский

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс