Духовные школы

М. Богословский

С конца XVII в. кое-где по епархиям просвещенные архиереи, преимущественно из малороссиян, по собст­венному почину и на свои средства заводили и содер­жали школы. Таковы были: школа в Ростове, основанная в 1702 г. митрополитом Дмитрием Ростовским, училище в Смоленске, Рязани, Казани: в особенности обширно и хорошо была обстроена школа в Новгороде, основанная митрополитом Иовом, пригласившим в руководители ее отставленных от академии братьев Лихудов, которые и подняли преподавание в этой школе на неизвестную другим школам высоту. Ученики Новгородской школы Иова основали до 16 низших школ в Новгородской епархии. […] С учреждением синода и изданием устава его или так называемого «Духовного регламента», в 1721 г. учреждение епархиальных школ, бывшее до той поры делом частного почина некоторых архиереев, стало обя­зательным для всех архиереев, и к 1725 г. таких духов­ных училищ открыто было до 46. Учителями в них яв­лялись кончившие в Московской Славяно-Греко-Латин­ской академии, вновь оживленной и сделавшейся окон­чательно богословским учебным заведением […]. В Ду­ховный регламент составитель его, псковский архиепи­скоп Феофан Прокопович, внес статью, содержащую ус­тав духовной школы. […] Новый прием воспитания, вно­симый Феофаном в духовную школу, заключался в том, чтобы захватить ребенка в раннем возрасте и совершен­но оторвать его от грубой, невежественной окружающей среды и переделать его натуру в наглухо закрытых сте­нах школы. Принимать детей в школу рекомендовалось не старше чем в 10-летнем возрасте, «ибо такого возра­ста дети», пишет Феофан, «еще не вельми обучилися злонравия и если обучилися, однакож не закрепли обы­чаем и можно таковых нетрудно отучить». Первые три года школьник совсем не должен был видаться с род­ными; впоследствии разрешается отпускать его к род­ным, но не чаще чем два раза в год и не больше как на 7 дней каждый раз. Общежитие учеников в школе строго закрытое, устроено «образом монастыря». Регла­мент предписывал каждому ученику место отвести при стене, где «стоит его кроватка складная; такоже шкаф на книги и иные вещицы и стулик для сидения». Жизнь идет по строжайшему расписанию, определяемому зво­ном «колокольца» […].

«Таковое молодых людей житие, — говорит регла­мент, — кажется быть заключению пленническому по­добное, но оно окажется сладким всякому, кто к нему привыкнет». Во главе академии стоит ректор, за пове­дением учеников наблюдает «префект», который назна­чается из людей, хотя и неученых, «обаче честного жи­тия человек не вельми свирепый и не меланхолик». Пре­фект мог наказывать малых розгою, а больших словом укоризненным. Только уже если ученик упорно не под­дается воздействию этих средств, «окажется детина не­победимой злобы», тогда его можно подвергнуть исключению. Такая система воспитания должна оказать на природу воспитанника самое благотворное влияние и в корне переделать его нрав: «дитя, аще и тигр нравом будет, — пишет Феофан, — агнчую тамо (в школе) восприемлет кротость».

Петр Великий и его реформа. М, 1920. С. 88-90.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс