ВСЕПОДДАННЕЙШИЕ ПРОШЕНИЯ И ЖАЛОБЫ

ВСЕПОДДАННЕЙШИЕ ПРОШЕНИЯ И ЖАЛОБЫ. Приносимые лично государю прошения и жалобы — явление обычное в Древней Руси.

В XVII в. замечается стремление к их ограничению. Уложение Алексея Михайловича (гл. Х, ст. 20) разрешало подавать государю челобитные только по таким судным делам, по которым в приказе суда не дают и указа не чинят. Это шло вразрез с воззрениями народа. Петру I неоднократно приходилось подтверждать запрещение бить государю челом, помимо присутственных мест, и разъяснять, что жаловаться государю можно только непосредственно на «неправду» дьяков и судей. С образованием Сената Петр I решительно вступает на путь отстранения самодержавной власти от отправления правосудия. В 1718 под страхом смертной казни запрещено было подавать жалобы на Сенат. В течение всего XVIII в. запрещение это десятки раз подтверждалось. В учреждении министерств (1811) и в Своде законов тот же принцип выражен в следующей форме: «Власть судебная, во всем ее пространстве, принадлежит Сенату и местам судебным», но до введения судебных уставов (1864) осуществление его на практике было невозможно.

При отсутствии гласности и других судебных гарантий, при отсутствии кассационного суда и при господстве исключительно апелляционного порядка, когда каждое высшее судебное место рассматривало дело по существу и могло постановить новое решение, самодержавная власть не могла устранить себя вполне от разбора судебных дел. Этим объясняется известная ст. 217 учреждения Сената (изд. 1886): «На решение Сената нет апелляции. Но как могут быть крайности, в коих возбранить всякое прибежище к Императорскому Величеству было бы отнять избавление у страждущего, то в таком случае допускаются всеподданнейшие жалобы», с соблюдением особых на тот предмет правил.

Прежде всего изданы были правила о внешней стороне всеподданнейших жалоб. Указом от 8 июня 1680 под страхом опалы запрещено было писать в челобитных: «чтобы Он Великий Государь пожаловал, умилосердился, как Бог», а повелено было писать: «для прилучившегося которого наставшего праздника и для Его Государского многолетнего здравия». Указом от 19 февр. 1786 было запрещено писать: «бьет челом всеподданнейший раб», а повелено было писать: «приносит жалобу» или «просит всеподданнейший» или «верноподданный». В 1763 для принятия всеподданнейших жалоб назначены были особые лица, которым дана была инструкция. В 1810 для рассмотрения жалоб и прошений, приносимых на Высочайшее имя, образована была при Государственном Совете Комиссия прошений, которая в 1835 была выделена в самостоятельное учреждение, состоявшее в непосредственном ведении императора. Кроме жалоб на высшие судебные и административные места и лица в комиссию могли поступать прошения о каких-либо наградах и милостях и прошения с представлением проектов. Жалобы и прошения вносились на рассмотрение комиссии статс-секретарем по принятию прошений; через него же шли представления комиссии императору.

В 1884 Комиссия прошений была упразднена и выработаны были «Правила о порядке принятия и направления прошений и жалоб, на Высочайшее имя приносимых». Правила 1884 были заменены правилами 21 марта 1890. На основании последних всеподданнейшие прошения и жалобы, приносимые на Высочайшее имя, поступали к командующему Главной Императорской квартирой, который по приему и направлению этих бумаг подчинялся непосредственно императору. Для делопроизводства по всеподданнейшим прошениям и жалобам при Главной квартире состояла Собственная Его Императорского Величества канцелярия по принятию прошений на Высочайшее имя. Всеподданнейшие жалобы и прошения, а также разрешительные по ним бумаги освобождались от гербового сбора.

Всеподданнейшие жалобы и прошения приносились не иначе как от имени и за явственной подписью того лица, от которого была подана просьба, с указанием места жительства просителя и с означением переписчика, когда просьба написана чужой рукой; принесение всеподданнейших жалоб и прошений поверенными не допускалось; если просьба подавалась от имени нескольких лиц или сословия, общества или общественного установления, то просители могли избрать одного поверенного из своей среды. Жалобы и прошения, принесенные с отступлением от указанных правил, а равно изложенные в телеграммах, написанные беспорядочно или бессмысленно, на клочках бумаги, с неприличными выражениями, оставлялись без рассмотрения. Равным образом оставлялись без рассмотрения жалобы и прошения, заключавшие в себе несколько предметов, имевших или долженствовавших иметь особые производства.

На Высочайшее имя могли приносить жалобы и прошения пяти категорий.

1. Жалобы на определения департаментов правительствующего Сената, кроме кассационных. В этих жалобах должны были быть приведены законы, которые проситель считает нарушенными, а также доказательства и доводы, на которых он основывает свое ходатайство, с приложением свидетельства о времени объявления обжалованного определения или приведения его в действительное исполнение. Если означенное свидетельство к жалобе не прилагалось, то на представление его просителю назначался срок не св. 1 мес., после чего жалоба оставлялась без рассмотрения. Жалоба, подлежавшая рассмотрению, вносилась командующим Главной Императорской квартирой в особое присутствие при Государственном Совете для предварительного рассмотрения жалоб на определения департаментов правительствующего Сената. Присутствие это состояло из председателя и четырех членов, назначаемых Высочайшей властью из числа членов Государственного Совета и сенаторов; в заседаниях присутствия участвовал командующий Главной Императорской квартирой, когда он признавал это нужным. Кроме жалоб, поступавших от командующего квартирой, никакие иные жалобы, прошения, документы, бумаги присутствием ни от кого не принимались; участвующие в деле и посторонние лица на заседания его не допускались. По жалобам, принесенным по истечении 4 мес. со времени объявления обжалованного определения или со времени приведения его в действительное исполнение, присутствие выносило заключение об оставлении их без последствий; по жалобам, принесенным с соблюдением указанного срока, присутствие выносило заключение о том, в какой мере изложенные в жалобе объяснения могут служить достаточным основанием к переносу дела на рассмотрение общего собрания Сената. Единогласные заключения присутствия, а также последовавшие между членами разные мнения повергались на Всемилостивейшее усмотрение императора. По Высочайшему повелению дело, решенное департаментом Сената, переносилось на рассмотрение общего собрания, причем дела, решенные первым и вторым департаментами и департаментом герольдии, поступали в первое общее собрание, а дела, решенные департаментами судебными и межевыми, — во второе общее собрание. При переносе дела на рассмотрение общего собрания исполнение решения приостанавливалось; если же решение приведено было в исполнение, то имение оставлялось под запрещением в продаже и закладе, а в образе управления — под надзором губернского начальства, спорные же капиталы вносились в государственные кредитные установления. На решения общего собрания Сената жалобы не допускались.

2. Всеподданнейшие жалобы на постановления высших государственных установлений (кроме Сената) допускались в тех случаях, когда они приносились по делам не судебным и притом не по существу дела, а собственно на противное событию изложение в постановлении обстоятельства дела, и это подтверждалось достоверными доказательствами. Если они были принесены с соблюдением установленного срока (тоже 4 мес.), то командующий Главной квартирой повергал их на Высочайшее воззрение, испрашивая разрешения Его Величества или на оставление их без последствий, или на внесение дела вновь в то высшее установление, в котором оно было разрешено.

3. Всеподданнейшие жалобы на действия и распоряжения министров, главноуправляющих отдельными частями и генерал-губернаторов допускались в тех случаях, когда эти действия и распоряжения не подлежали по закону обжалованию в правительствующем Сенате. Жалобы эти командующий Главной квартирой повергал на Высочайшее воззрение, испрашивая разрешения Его Величества или на оставление их без последствий, или на внесение дела в Государственный Совет, Комитет министров или правительствующий Сенат, по принадлежности. Жалобы эти повергались на Высочайшее воззрение вместе с доставленными по содержанию их объяснениями или заключениями начальств, на которые были принесены жалобы. Командующий Главной квартирой присутствовал на заседаниях Государственного Совета, Комитета министров и правительствующего Сената по делам, внесенным в эти установления вследствие всеподданнейших жалоб второй и третьей категорий.

4. Всеподданнейшие прошения о даровании милостей допускались в особых случаях, не подходящих под действие общих законов, когда этим не нарушались ничьи ограждаемые законом интересы и гражданские права. Такие прошения докладывались императору командующим Главной квартирой в порядке, определенном по непосредственному указанию Его Величества. Прошения о единовременных пособиях удовлетворялись из источников, особо для того предназначенных, а выдача Всемилостивейше разрешенных постоянных пособий производилась из государственного казначейства с предварительным каждый раз сношением с министром финансов в размерах, определяемых по непосредственному усмотрению Его Величества. Прошения же о таких милостях, дарование которых было сопряжено с изъятием из закона либо с интересом казны, командующий Главной квартирой или оставлял без последствий, или передавал министру или главноуправляющему отдельной частью, по принадлежности; в особых случаях командующий Главной квартирой испрашивал Высочайшее повеление на передачу такого прошения подлежащему министру или главноуправляющему для доклада Его Величеству или на внесение дела в Комитет министров или в Государственный Совет.

5. Всеподданнейшие прошения о помиловании и смягчении участи лиц, осужденных или отбывающих наказания, препровождались командующим Главной квартирой для представления на Высочайшее воззрение: а) к министру юстиции — в отношении лиц, осужденных судами гражданского ведомства; б) к военному министру или к управляющему Морским министерством — в отношении лиц, осужденных военными или военно-морскими судами.

Командующий Главной квартирой собственной властью оставлял без последствий всеподданнейшие жалобы и прошения, не подходящие ни к одной из указанных пяти категорий, равно как жалобы и прошения, заключающие в себе повторение всеподданнейшего ходатайства, оставленного без последствий, если притом в подкрепление его не было приведено вновь открывшихся обстоятельств, подтвержденных достоверными доказательствами.

Александр I Павлович

Александр I Павлович

Особо оговаривалось, что командующий Главной квартирой собственной властью оставлял без последствий: 1) всеподданнейшие прошения служащих лиц о каких-либо наградах, приносимые без ведома их начальства; 2) всеподданнейшие жалобы на увольнение от должности без объяснения причин, если оно последовало по предоставленной начальству власти; 3) всеподданнейшие прошения об исключении из послужных списков или аттестатов и указов об отставке отметок о наложенных взысканиях.

В исключительном положении по отношению к всеподданнейшим ходатайствам находилось дворянство. Жалованная грамота 1785 предоставила дворянским обществам право приносить через депутатов жалобы и делать представления императору. Но в 1797 право это было косвенно отменено указом, запрещавшим подавать и принимать прошения за многими подписями. Александр I восстановил жалованную грамоту, а манифест от 6 дек. 1831 «О порядке дворянских собраний и выборов» заменил ее постановления, касающиеся ходатайств, новыми, вошедшими в Свод законов. На основании этих постановлений дворянство в лице губернских дворянских депутатских собраний могло приносить всеподданнейшие прошения, адресуя конверты в собственные руки императора; если же для объяснения жалобы признано нужным вызвать депутатов, то дворянство присылало их в числе не более трех, и депутаты эти должны были быть снабжены уполномочием, подписанным губернским и уездными предводителями дворянства с подробным означением всех вопросов, ходатайству их порученных. Этому праву дворянства ходатайствовать перед губернским и высшим правительством манифест 1831, а за ним и Свод законов 1857 предоставляли большой простор. Именно дворянство кроме представлений о своих нуждах могло ходатайствовать «о прекращении местных злоупотреблений или об устранении неудобств, замеченных в местном управлении, хотя бы они происходили и от общего какого-либо постановления». Впоследствии право это подверглось ограничению. В 1865 московское дворянство представило государю ходатайство, касавшееся изменения коренных начал государственного устройства России. Ходатайство это вызвало высочайший рескрипт 26 янв. 1865 на имя министра внутренних дел П. А. Валуева, где было сказано, что ни одно сословие не имеет права говорить от имени других сословий и брать на себя почин в вопросах, решение которых зависит исключительно от верховной власти.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс