Возникновение языка

Стенограмма передачи “Не так” на радиостанции “Эхо Москвы”

13 октября 2000 года.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» в передаче «Не так!» историк Александр Милитарев.
Эфир ведет Сергей Бунтман.

С.БУНТМАН: Сегодня мы занимаемся проблемой возникновения языка. Сначала задам вопросы. К какой эпохе человеческой истории (если брать и доисторическое время, а не историю только как мы ее привыкли воспринимать) относится такая картинка: «Сквозь заросли пробирается кучка нагих людей, первобытная орда. Да, это, несомненно, люди, такие же, как мы с вами. В руках они держат копья с костяными наконечниками, а некоторые даже вооружены луками и стрелами. Однако в их поведении есть что-то, чего в наше время нельзя найти даже у племен, стоящих на самом низком уровне развития, что-то, что мы привыкли замечать только у животных. Они не умеют еще мыслить абстрактно, реагируют друг на друга сердитым бурчанием и знаками, стоят друг против друга с угрожающим видом, наморщив лбы и оскалив зубы, издают лающие звуки». Это Конрад Лоренц, «Человек находит друга». Какой эпохе это соответствует примерно? Второй вопрос: когда примерно, по вашему мнению, люди научились искусственно опылять растения. Когда примерно возник институт брака и как вы представляете себе отношения между полами до этого? А сейчас начнем. В прошлый раз мы говорили о гипотезе происхождения человеческих языков из одного корня. А потом в какой-то момент языки начинают разветвляться. Эту развилку пытаемся проследить.
А.МИЛИТАРЕВ: Мы говорили о теории единого языка прачеловечества, то есть об этой нижней развилке воображаемого генетического древа языков мира. А сегодня я хочу поговорить о более высоких ярусах этого древа — о тех развилках, о которых мы имеем уже какое-то достаточно определенное представление. Поговорим об узле, из которого отходит три ветви. Это три крупные макросемьи языков Старого света, о которых я вскользь упоминал в прошлой передаче. Одна из них — это ностратическая макросемья языков, которая была предложена рядом лингвистов еще в 20-30-е годы и доведена до научного уровня покойным гениальным российским лингвистом Владиславом Марковичем Иллич-Свитычем, человеком, который трагически погиб от несчастного случая в возрасте 32 лет и чей юбилей мы недавно отмечали. В Москве была международная конференция, посвященная его памяти. Иллич-Свитыч составил, не успел издать (это сделали за него его коллеги и друзья) словарь ностратической семьи, сравнительную фонетику. В ностратическую семью, по мнению Иллич-Свитыча, входили следующие известные семьи. Это индоевропейская семья языков, уральская, в которую входят финно-угорские и самодийские языки, алтайская, в которую тогда помещали тюркские, монгольские, тунгусо-манчжурские языки и к которым сейчас добавлена японско-корейская ветвь. В основном — в работах Сергея Анатольевича Старостина, о котором я несколько раз упоминал в прошлой передаче, московского лингвиста. Это картвельская семья языков, то есть грузинский и несколько родственных языков. И дравидийские языки, языки южной Индии и Цейлона, Шри-Ланки. Иллич-Свитыч помещал в эту ностратическую макросемью и семито-хамитские языки. Но спустя много лет после этого, лет 15-20 назад, мы со Старостиным пришли разными путями к выводу о том, что эту семью надо вынимать из ностратической, что они находятся, конечно, в родственных отношениях, но это отношения не материнско-дочерние, а сестринские, они находятся на одном таксономическом уровне. И, наконец, третья макросемья, которая тоже генетически связана с этими двумя, — это сино-кавказская семья языков, которая состоит из северокавказских языков, то есть абхазо-адыгских и нахско-дагестанских (нахские — это чечено-ингушские языки), и сино-тибетских, то есть китайско-тибетских языков. Также там есть еще енисейские языки — остаточные языки в районе Енисея. Это кетский, коттский, пумпокольский языки, на которых мало кто говорит.
С.БУНТМАН: Но есть какие-то люди?
А.МИЛИТАРЕВ: Есть. Эта макросемья реконструирована тем же Старостиным. Сейчас он работает над сравнительным словарем этих двух больших макросемей — ностратической и сино-кавказской. Когда-нибудь, может, у меня будет возможность рассказать или сам Старостин придет и расскажет про то, как это исторически могло получиться: где Китай и Тибет и где чеченцы и дагестанцы.
С.БУНТМАН: Мгновенно глаза начинают разбегаться по карте.
А.МИЛИТАРЕВ: Но на это есть и некоторые археологические указания и палеоантропологические. Я буду рассказывать больше про ту семью, которой я занимаюсь, то есть про семито-хамитскую. Это макросемья, состоящая из нескольких семей. Одна из них, наиболее известная, — это семитская семья языков. Как раз об этом мы задавали вопрос в прошлой передаче, и ответ был вполне приличный. Это древний, вымерший, аккадский, или ассиро-вавилонский язык. Название говорит само за себя: это язык древнего Вавилона, древней Ассирии в Месопотамии. Это арабский язык с его живыми современными диалектами. Это древнееврейский язык и несколько искусственно возрожденный современный иврит. Это арамейские языки, на которых говорили в Палестине на рубеже нашей эры и на которых, по-видимому, созданы евангелические тексты в устной форме, которые потом были переведены и уже известны всем в греческом переводе. Но сквозь них просвечивают семитские, арамейские языковые приемы, ощущаются по некоторым переводам. Но это сложная проблема. Сюда же относятся семитские языки Эфиопии, в частности, такой известный язык, как амхарский, и такой язык, как тиграи. По-видимому, Авраам Ганнибал — тиграец. Тиграйцы — это народ в северной Эфиопии, в Эритрее. Большая часть — христиане.
С.БУНТМАН: А почему арап Петра Великого так
А.МИЛИТАРЕВ: По некоторым косвенным признакам у меня впечатление, что он был именно тиграец. Судя по некоторым вещам, он не амхарец и не мусульманин, не из мусульманского населения. А там в основном племена, которые говорят на тигры — родственном тиграи языке. Но это очень туманная тема и гипотеза у меня. Это древние языки Южной Аравии. В частности, такой язык, как сабейский. Оттуда царица Савская. И несколько живых языков Южной Аравии, потрясающе интересных, которые в медвежьем углу сохранились и сохранили очень много архаических черт. Это языки Омана — не главный, главный там, конечно, арабский язык, это остаточные языки — и острова Сокотры.
С.БУНТМАН: Вот уж где есть углы, так это в Аравийском полуострове.
А.МИЛИТАРЕВ: Да. Это угорицкий язык, это язык Эблы, древних памятников, написанных клинописью. Это одно из самых крупных археологических открытий второй половины 20 века — этот город-государство Эбла. И ряд других, менее известных языков. Помимо семитской семьи в семито-хамитскую входит древнеегипетский язык и его потомок — коптские диалекты.
С.БУНТМАН: Восстанавливается, что он из той же семьи?
А.МИЛИТАРЕВ: Это наверняка. Это языки берберов Северной Африки и Сахары, в частности такого знаменитого народа, как туареги, жители Центрально-западной Сахары. Это чадские языки, которые распространены в Нигерии. Самый известный из этих языков — хауса, на котором несколько десятков миллионов говорит в Африке. Это язык межплеменного общения. На хаусе 8-10 миллионов говорят как на родном языке. Чадские распространены в районе озера Чад, еще в нескольких сопредельных странах — в Камеруне. Это кушитские языки Эфиопии и прилегающих стран и небольшая группа языков в Западной Эфиопии, которые называются омотские. Они расположены в основном вокруг реки Омо. Вся эта семья называется семито-хамитской по имени Сима и Хама, известных библейских персонажей, сыновей Ноя. Но сейчас ее в Америке скорее называют афро-азиатские языки, потому что это единственная макросемья, которая распространена и в Африке, и в Азии. А в российской науке принято скорее называть это афразийские языки, чтобы название не звучало слишком географично. Эти семито-хамитские, или афразийские языки представляют собой одну из самых мощных в культурном отношении семей, потому что, не считая Шумерской цивилизации и самые известные ранние цивилизации, эти цивилизации созданы афразийскоязычными народами: Египет, Вавилон, Ассирия, древние евреи, ранний ислам и так далее. Огромное количество древних памятников, что облегчает работу лингвистам, и много живых языков, которыми можно лингвистически пользоваться. Какие задачи стоят перед исследователями и как это связано с реконструкцией человеческой истории? Первая задача — это реконструировать лексический состав праафразийского, или прасемито-хамитского языка, выделить в нем культурные термины и по этим культурным терминам попытаться представить себе жизнь этого древнего сообщества. Вторая задача — датировать этот праязык, то есть поместить его в определенное абсолютное время. Это очень важно, потому что иначе нам не к чему привязывать эту культурную картину. Эти первые две задачи в общих чертах выполнены. Реконструирован культурный афразийский фонд, основные его слова и понятия, и методом глоттохронологии, который отталкивается от метода американского лингвиста Морриса Сводеша, который выступил с этим методом в начале 50-х годов, и на радикальное усовершенствование этого метода Сергеем Анатольевичем Старостиным, выведена примерная датировка. Я много лет этим занимался. Этот праязык накануне разделения на диалекты праязыков будущих семей, которые входят в эту макросемью, то есть накануне разделения на прасемитский, праегипетский, праберберский и так далее. Мы ничего не знаем про более ранний период. Мы можем реконструировать только момент разделения, то есть узел развилки. Он датируется примерно десятым тысячелетием до нашей эры.
С.БУНТМАН: Давайте сейчас нам слушатели ответят на вопросы, и мы пойдем дальше. Может быть, я не совсем для взрослых наших слушателей, но будет кому передать. Вышли совершенно очаровательные энциклопедии и словари «Я познаю мир». К каждой книжке еще книжка самого Александра Милитарева «Стихи и переводы». Я читал — это здорово! Я повторю вопросы. Я не буду полностью повторять текст Конрада Лоренца, только главный смысл скажу. Он описывает картину, когда люди бегают, рычат друг на друга, не могут членораздельно ничего сказать, но при этом вооружены копьями, некоторые даже луками, как он пишет. Какой эпохе примерно это может соответствовать? Второй вопрос: когда примерно, по вашему мнению, люди научились искусственно опылять растения. Когда примерно возник институт брака и как вы представляете себе отношения между полами до этого?
СЛУШАТЕЛЬ: Я на первый вопрос. Может быть, это каменный век?
С.БУНТМАН: Каменный век очень большой
СЛУШАТЕЛЬ: Эпоха неолита.
С.БУНТМАН: Вам ничего не показалось странным в этом описании?
СЛУШАТЕЛЬ: То, что они бродят вместе и немые.
С.БУНТМАН: Хорошо, что показалось странным. Мы примем другие ответы на этот и остальные вопросы.
СЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, это вообще наше время.
С.БУНТМАН: Но мы иногда произносим все-таки членораздельные фразы, и не у всех у нас есть копья и луки.
СЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, палеолит.
С.БУНТМАН: А Вам что-нибудь показалось странным?
СЛУШАТЕЛЬ: Показалось, как-то несовместимо: люди ходят толпой и чего-то мычат. Если они ходят толпой, значит, они должны между собой общаться. Я не имею в виду стадо коров.
С.БУНТМАН: Ближе, но Следующий звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Я на вопрос по поводу института брака. По-моему, он возник в период перехода от родового общества к патриархальному, когда возникла семья.
С.БУНТМАН: Время?
СЛУШАТЕЛЬ: Тысяч пять тому назад.
С.БУНТМАН: Нет. Следующий звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Я по первому вопросу. Такой ситуации не было никогда. Когда люди ходили с луками, они уже говорили.
С.БУНТМАН: Вот, приятно Вас слушать! Правильно.
СЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, семья возникла тогда, когда возникли первые поселения городского типа. Это около 9-8 тысяч лет назад.
С.БУНТМАН: Близко. Примерно 9-10 тысяч лет назад. Теперь про растения.
СЛУШАТЕЛЬ: Может быть, четыре-пять тысяч лет назад?
С.БУНТМАН: Да, нормально.
А.МИЛИТАРЕВ: Можно прокомментировать эти вопросы и ответы? Подвох в первом вопросе. Это устаревшие хрестоматийные представления о древности, о первобытности, которые очень странно звучат в устах такого крупного ученого, как Конрад Лоренц, одного из создателей этологии. Про этологию, про науку о поведении животных, он, наверное, знал все. А эти представления у него были довольно смешными, потому что датировать лук со стрелами и копье довольно легко по археологии. Это 12-13 тысячелетие до нашей эры.
С.БУНТМАН: Вполне недавно.
А.МИЛИТАРЕВ: Это вчерашняя газета фактически. Люди тогда были абсолютно такими же, как мы с вами, и по физическому облику, и по владению речью, по развитию артикуляционного аппарата. Я думаю, что речевая способность, язык появляется с самого начала возникновения вида Homo sapience и, наверное, является неотъемлемой чертой этого вида.
С.БУНТМАН: Ну, со вторым и третьим вопросом дело проще.
А.МИЛИТАРЕВ: Со вторым и третьим вопросом мне не очень просто, потому что я могу сказать, какие датировки дает лингвистическая реконструкция. Как это соотносится с мнением ботаников, палеоботаников, этноботаников или с мнением историков первобытности, я не очень представляю. Думаю, что там сложная картина. Но это просто пример того, что может дать лингвистика. В ответ на третий вопрос. Для праафразийского языка, который датируется примерно 10 тысячелетием до нашей эры, восстанавливаются термины со значением «жениться» и даже как будто «вторая жена». То есть в 10 тысячелетии до нашей эры, судя по реконструированной лексике, институт брака уже существовал. Я хотел бы еще прокомментировать второй вопрос — про опыление растений. Получается, что уже в прасемитском языке — это гораздо более поздний этап, чем праафразийский, это где-то 4 тысячелетие — есть термин со значением «опылять растения». Этот термин встречается в аккадском языке. Есть текст на старовавилонском языке, где описывается опыление финиковой пальмы, мужской и женской. Этот же термин встречается в послебиблейском иврите и в арамейском языке, куда, в принципе, он мог заимствоваться из аккадского. Тогда это ничего нам не дает. Но этот же термин встречается в современном амхарском языке, где он означает «опылять растения». В амхарский язык он никак не мог проникнуть из этих двух языков, а это означает, что он прасемитский, общесемитский термин. Это примерно 4 тысячелетие до нашей эры, что очень удивительно: очень рано такая технология возникла. Самое интересное, что главное значение этого термина — «совокупляться». То есть древние не только умели опылять растения, но они понимали этот процесс. Это показывает, что уровень мышления, технологий был гораздо выше, чем мы можем предположить. Теперь, возвращаясь к праафразийскому языку. Следующая задача — это попытаться посадить этот праафразийский язык, ту картину, которая возникает из лингвистических данных, в какой-то хронотоп, в какое-то место и время. Время нам примерно ясно — это 10 тысячелетие до нашей эры. Надо найти какую-то археологическую культуру в большом ареале распространения этих языков, которая бы соответствовала этой картине. Это так называемая «проблема прародины (или родины) языка», из которой языки дальше распространяются.
С.БУНТМАН: То есть должна быть какая-то общность, из которой люди потом расходятся.
А.МИЛИТАРЕВ: Конечно. Это как в классицистической драме: единство времени и места. Должно быть какое-то племя, которое говорило на этом праафразийском языке, который был обычным, нормальным человеческим языком. Так как большинство языков афразийской семьи, семито-хамитской семьи распространено в Африке и только семитские языки — в Азии, то почти все исследователи, которые занимались этой проблемой, считали, что прародина в Африке. Этот вывод основывался на так называемом «принципе минимальных передвижений». Они там, где большая часть их распространена, где находится их географический центр. Этот принцип основан на здравом смысле. Ну, здравый смысл в науке невозможен, но если бы наука держалась только на здравом смысле, то нам было бы слишком легко, мы бы сильно расслабились. Здесь этот принцип, по-видимому, не работает. Он не работает еще в ряде ситуаций. Например, если смотреть, где распространено больше всего тюркских языков, где их эпицентр, то тогда надо считать, что прародина тюркских народов — это Средняя Азия. А мы довольно твердо знаем, что это скорее западный Китай, где-то с границами Китая.
С.БУНТМАН: Да мы так могли бы сказать, что родина английского языка — Америка. По численности населения и кто где говорит.
А.МИЛИТАРЕВ: Естественно. Здесь, по-видимому, принцип здравого смысла не работает. Та картина культурной жизни, которая восстанавливается, у праафразийцев, твердо указывает на зачатки культурного земледелия, а это один из двух главных элементов так называемой «неолитической революции». Видимо, афразийцы и были первым народом, первым этническим сообществом, которое придумало культурное земледелие. И это скотоводство. В Африке в 10 тысячелетии и еще спустя несколько тысячелетий таких очагов пока археологически не обнаружено. По-видимому, в Африку земледелие и скотоводство было принесено из передней Азии, из Ближнего Востока где-нибудь в 5, максимум 6 тысячелетии до нашей эры. Такой разрыв в 4-5 тысячелетий очень значимый. В передней Азии, на Ближнем Востоке есть два очага земледелия. Это горы Загрос между Ираном и Ираком и Левант — Палестина и Сирия, где была распространена в это время, 10-9 тысячелетие до нашей эры, так называемая «натуфийская неолитическая культура». По ряду очень существенных признаков праафразийцы не отождествляются с археологической культурой Загроса и, наоборот, отождествляются, видимо, с натуфийской археологической культурой. В Натуфе люди впервые перешли от интенсивного собирательства дикорастущих растений к их культивации. Там же обнаружены первые следы скотоводства, доместикации животных — собаки, которая произошла несколько раньше, и копытных животных — сначала мелких, коз и овец, и через некоторое время и крупного рогатого скота. Скотоводство, по-видимому, было привнесено откуда-то еще, может быть с севера, из Натолии. Вряд ли афразийцы были первым народом, который начал доместикацию копытных животных. А земледелие — это довольно твердо афразийцы. Реконструируется целый ряд терминов, таких как ячмень, пшеница, зерно, что само по себе еще не говорит о доместикации этих растений. Но есть такие термины, как «мотыга» или «мотыжить землю», что тоже еще не непреложное доказательство, потому что люди того времени могли просто рыхлить землю около дикорастущих злаков, поняв, что это дает больший урожай. Но есть, например, такой термин, как «сеять», который твердо указывает на культуру. Есть термины со значением «коза», «овца» и даже «корова», «бык». Они явно отличаются от терминов, которые дают по языкам где-то дикого горного козла, где-то домашнего. Тут в праязыке это может быть и дикое копытное животное. А вот там, где они потом по разным ветвям, хотя бы по нескольким, дают значение «домашняя коза» или «домашняя овца», очевидно, что что-то должно было быть в значении праязыкового слова, что обусловило это развитие. Этот термин мы считаем культурным. Таким образом, возникла гипотеза, которую мы разрабатывали с моим коллегой археологом Виктором Александровичем Шнерельманом лет 15 назад о том, что афразийцы — это создатели натуфийской археологической культуры. Время более-менее совпадает, и эта культурная картина совпадает. Дело не только в земледелии и скотоводстве. В праафразийском развита строительная терминология, разные типы жилища, такие слова, как «дверь», «крыша». Это соответствует довольно большому, наибольшему для этого времени разнообразию типов жилья, которые восстанавливаются по археологическим данным в натуфийской культуре. Дальше нужно еще несколько видов аргументации.
С.БУНТМАН: Для чего? Чтобы определить эту эпоху?
А.МИЛИТАРЕВ: Скажем, прародина в общих чертах гипотетически определена. Дальше надо показать, что языки отсюда разошлись по исторически засвидетельствованным местам обитания и что эти реконструированные миграции соответствуют тому, что мы имеем уже по свидетельствам письменной истории. Действительно, оказывается, что район Восточного Средиземноморья — единственный в огромном регионе, откуда ведут следы и археологические, и следы распространения языков. Есть археологические следы, которые ведут отсюда в дельту Нила, в Египет, в Аравию, в Месопотамию. Это единственный эпицентр распространения археологических артефактов. Наконец, еще один способ аргументации заключается в том, что когда народы контактируют между собой, языки контактируют, то это оставляет следы заимствования. Существует несколько групп заимствования, например, между разными афразийскими семьями, несемитскими языками, с языками северокавказскими. Когда-то у нас со Старостиным была совместная работа, где мы эти примеры нашли. Контактные слова между северокавказскими языками и семитскими такого удивления не вызывают, потому что они все, видимо, болтались где-то в районе передней Азии и могли контактировать в достаточно раннюю эпоху. А вот когда обнаруживаются следы контактов нахско-дагестанских языков с берберскими или с кушитскими, это говорит либо о том, что надо северных кавказцев помещать в Африку, что уж совсем экзотически, либо о том, что афразийцы вышли из передней Азии. Такие же следы есть между шумерским языком, следы заимствований (кстати, в шумерский язык) из таких афразийских языков, как кушитские. Это тоже, по-видимому, говорит о том, что не шумеров надо помещать в Африку, а что всех афразийцев надо помещать в переднюю Азию. Если завтра окажется, что в Африке археологически обнаружена какая-нибудь мощная раннеземледельческая культура 10 тысячелетия, придется пересмотреть свою позицию. Но пока такого нет и это наиболее реальная гипотеза.
С.БУНТМАН: Несколько вопросов. «Почему язык идиш относится к германской группе?».
А.МИЛИТАРЕВ: Почему — это вопрос странный. Вопрос должен быть: «Относится ли он?». Да, относится. Исторически это понятно. Какие-то группы евреев в конце 1 тысячелетия нашей эры расселились на территории теперешней Германии и перешли на один из местных диалектов, это средне-верхненемецкий диалект, и в течение тысячелетия на нем говорили. Сейчас уже, к сожалению, мало кто говорит на этом языке. Это случай перехода на другой язык, смены языка. Они довольно часто и надежно засвидетельствованы в истории.
С.БУНТМАН: «Какой язык самый архаичный на территории России?».
А.МИЛИТАРЕВ: Это не совсем корректный вопрос.
С.БУНТМАН: Тогда объясните, почему он некорректный.
А.МИЛИТАРЕВ: Можно говорить о том, у какого языка самые ранние письменно засвидетельствованные памятники. А что такое архаичный язык? Литовский язык считается самым архаичным индоевропейским языком из живых языков. Но это несколько условная вещь. В нем сохранились какие-то ранние индоевропейские черты, которые выветрились в других современных индоевропейских языках и сохраняются в древних, таких как санскрит, греческий, латынь.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс