ПОГОДИН МИХАИЛ ПЕТРОВИЧ (11[23].11.1800—8[20].12. 1875), ИСТОРИК, ЖУРНАЛИСТ, ПРОЗАИК, ДРАМАТУРГ.

ПОГОДИН Михаил Петрович (11[23].11.1800—8[20].12. 1875), историк, журналист, прозаик, драматург. Родился в Москве в семье крепостного управляющего, отпущенного с семьей на волю (1806). Окончил Московскую губернскую гимназию (1818), затем словесное отделение Московского университета (1821). В 1819 Погодин был приглашен домашним учителем в семью И. Д. Трубецкого, летом жил в их подмосковном имении Знаменское и в течение 10 лет был близким человеком в этой высокоинтеллигентной аристократической семье. Свою ученицу А. И. Трубецкую Погодин позднее называл героиней своих повестей. Увлечение ею в немалой степени объясняет честолюбие Погодина, мечтавшего сгладить социальную пропасть, отделявшую его от круга Трубецких. В 1825 Погодин сближается с «архивными юношами» — цветом московской интеллигентной молодежи (братья Веневитиновы, братья Киреевские и др.), составившими «Общество любомудрия» для изучения немецкой философии. В доме Веневитиновых Погодин знакомится с Пушкиным, слушает «Бориса Годунова» в авторском чтении. По окончании университета Погодин преподает в Московском Благородном пансионе, защищает магистерскую диссертацию «О происхождении Руси» (1825) и начинает работать в Московском университете (с 1828 — адъюнкт, с 1835 — ординарный профессор про кафедре русской истории; с 1841 становится академиком). С 1844, покинув университет, занимается исключительно наукой и журнальной деятельностью.

Сильной стороной Погодина-историка и его вкладом в науку было разыскание и критика источников, издания памятников («Сочинения И. Т. Посошкова», 1842—63; «Псковская летопись», 1837, и др.). Погодин также создал Древлехранилище — коллекцию рукописей, предметов искусства и материальной культуры Древней Руси, имевшее большую научную ценность (в сер. XIX в. куплено правительством). В спорах о происхождении Руси отстаивал норманнскую теорию, согласно которой наша государственность была создана «призванными» на Русь варягами. В 1826 началась полемика Погодина с Н. И. Костомаровым о происхождении крепостного права и о татарском влиянии на возникновение государственности Московской Руси. Во время путешествия в Европу (1835) Погодин установил, а затем поддерживал связи с видными славистами (В. Ганкой, П. Й. Шафариком). Идейная позиция Погодина сочетала осуждение крепостничества и верность патриархальным бытовым устоям, монархизм, ортодоксальную религиозность. В 1827 он вместе с Д. В. Веневитиновым, А. С. Хомяковым, И. В. и П. В. Киреевскими, С. П. Шевыревым и др. создает журнал «Московский вестник» (1827—30; Погодин был редактором-издателем). К журналу с интересом отнесся и поддержал его Пушкин, надеявшийся, что он составит оппозицию изданиям Булгарина и Греча и журналу Н. А. Полевого «Московский телеграф», враждебного Пушкину. Первое время в «Московском вестнике» блестяще была представлена поэзия именами А. С. Пушкина, Д. А. Веневитинова, Е. А. Баратынского, Д. В. Давыдова, Н. М. Языкова, А. С. Хомякова, но с 1828 Пушкин и его друзья охладевают к «Московскому вестнику», беллетристика вытесняется научными статьями, слишком специальными для сколько-нибудь широкого круга читателей, журнал теряет подписчиков и прекращает существование. В 1835—39 Погодин — активный участник журнала «Московский наблюдатель», боровшегося с «торговым направлением» в русской журналистике.

Правительство Николая I и министр просвещения С. С. Уваров сформулировали триаду «Православие—Самодержавие—Народность», которую Погодин принял и в дальнейшей своей деятельности историка, журналиста и публициста придерживался ее. В 1841—56 вместе с С. П. Шевыревым Погодин издает журнал «Москвитянин». Характерное для Погодина утверждение самобытности русской истории, интерес журнала к старине и народному быту привлекают к нему славянофилов, которые периодически выступают на его страницах.

Писательская деятельность Погодина ограничивается 30-ми, когда он создал 15 повестей и 3 исторических драмы, которые сыграли определенную роль в развитии русской литературы.

В 1826 Погодин опубликовал «Письмо о русских романах» («Северные цветы на 1827 год». М., 1826), где изложил свои принципиальные представления о путях развития русской литературы, которой необходимо обратиться к изображению русской народной жизни, правдиво описывая быт разных сословий, поскольку каждое из них имеет «свой язык, свой дух… Одним языком говорит у нас священник, другим купец, третьим помещик, четвертым крестьянин». Для повестей и романов «в духе Вальтера Скотта», по мысли Погодина, русская история дает богатый материал, что Погодин и доказывает в этой статье кратким изложением наиболее интересных, драматических событий, описанием ярких характеров исторических деятелей прошлого. К этому времени Погодин уже был автором повестей «Нищий», «Как аукнется, так и откликнется» (обе — 1825). В своих повестях Погодин отчасти реализует намеченную программу: они достаточно разнообразны по проблематике, герои принадлежат к разным слоям общества, в т. ч. и к высшему интеллигентному кругу («Русая коса», 1826; «Сокольницкий сад», 1829; «Адель», 1830). Однако наиболее оригинальны были др. повести, где Погодин обращается к мало освещенному в то время русской литературой быту низших сословий. У Погодина есть и опыт «светской повести» («Как аукнется, так и откликнется») и несколько повестей, сюжеты которых напоминают баллады («Суженый», 1828; «Преступница», 1830; «Васильев вечер», 1831). Повесть «Психологические явления» (1829—32) состоит из 6 кратких, сюжетно не связанных главок, каждая из них рассказывает некий «случай», в котором ярко проявилась необычная психологическая ситуация (однако описанная извне, без всяких попыток анализа душевной жизни персонажа). Типы и сюжетные ситуации, встречающиеся в повестях Погодина, нередко представляют собой как бы первые, черновые варианты будущих классических страниц русской прозы. Само разнообразие проблематики материала повестей Погодина было важно в период становления русской прозы. Историческая трагедия в стихах «Марфа, Посадница Новгородская» (1830) обращается к теме падения Новгородской республики. Но в отличие от революционно-романтической трактовки декабристов тема получает у Погодина более сложное историческое освещение. В основе трагедии — реальный эпизод, описанный в «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина. Погодин использовал и летописи, стремясь исторически достоверно воссоздать колорит эпохи. В трагедии показана социальная неоднородность новгородцев, противоречия в новгородском обществе. Погодин понимает и показывает историческую исчерпанность такого явления, как удельные княжества, усталость народа от междоусобиц. Подлинная трагедийность конфликта пьесы состоит в том, что своя правота есть и у новгородцев, и у москвичей.

Пьеса вызвала горячее одобрение Пушкина, увидевшего в ней продолжение пути, намеченного самим поэтом в «Борисе Годунове». По поводу этой пьесы Пушкин в неоконченной статье о ней, а также в письмах высказал ряд существенных соображений о народной драме, ее задачах и перспективах развития в России. Следующая историческая трагедия Погодина «Петр I» (1831) была запрещена к публикации. Последнее художественное произведение Погодина — прозаическая «История в лицах о Дмитрии Самозванце» (1835) уступает драме «Марфа, Посадница Новгородская» и в художественном, и в идейном отношении.

Соч.: Повести. В 3 ч. М., 1932; Исследования, замечания и лекции о русской истории. В 7 т. М., 1846—57; Древняя русская история до монгольского ига. В 3 т. М., 1871—72; Историко-политические письма и записки в продолжении Крымской войны 1853—56 года. М., 1874; Повести. Драма. М., 1984.

В. Некрасов

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс