Терроризм в русском освободительном движении. Часть 2

Стенограмма передачи “Не так” на радиостанции “Эхо Москвы”

3 апреля 2004 года.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Олег Будницкий — доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН.
Эфир ведет Лев Гулько.

Л. ГУЛЬКО В эфире традиционная для субботы программа «Не так», Олег Будницкий в студии, добрый вечер, здравствуйте
О. БУДНИЦКИЙ Добрый вечер
Л. ГУЛЬКО Тема, заявленная, вот здесь у меня написано «Терроризм и террористы в России». Ну, в общем, конечно, достаточно актуально, что уж тут говорить.
О. БУДНИЦКИЙ Да, но это, в общем-то, продолжение двух предыдущих передач и сегодня речь пойдет о цареубийстве. В прошлый раз мы остановились на том, что весной 1879 года в Петербург приехало сразу трое добровольцев, пожелавших совершить цареубийство покушение на императора Александра Второго. Это были Кобылянский, Гольденберг и Александр Соловьев — учитель из Воронежской губернии, который занимался там раньше пропагандой. Кандидатуры Гольденберга и Кобылянского революционным сообществом были отклонены, поскольку один был поляк, другой еврей, и революционеры считали, что чтобы не было кривотолков, убить должен..
Л. ГУЛЬКО Чтобы не было какой-то волны
О. БУДНИЦКИЙ — Да, царя убить должен русский. Надо сказать, что среди организации «Земля и воля» предположение совершить цареубийство вызвало раздрай, что называется. Были споры, разногласия, боялись, что цареубийство разрушит дело революционной пропаганды и в конце конов, после длительных споров, пришли к соломонову решению, что как организация «Земля и воля» цареубийство не поддерживает в данном случае, но каждый отдельный ее член цареубийство поддержать может. И фактически Соловьеву была оказана всевозможная помощь. Соловьев шел, по существу, на самоубийство, он отказался сразу от того, чтобы товарищи попытались как-то вывести его с места покушения, спасти. И 2 апреля 1879 года, утром, когда Император прогуливался пешком в районе Зимнего дворца, он в него стрелял 5 раз, это было на дворцовой площади, и ни одна из пуль цель не поразила, лишь одна из них пробила шинель царя. Почему? Во-первых, Соловьеву был куплен револьвер для медвежьей охоты крупнокалиберный. И он не знал его особенностей. Чтобы попасть в грудь или голову, куда целился террорист, нужно было стрелять в районе колен.
Л. ГУЛЬКО Целиться нужно по-особенному из такого револьвера
О. БУДНИЦКИЙ Да, он стрелял как обычно, поэтому пули уходили вверх или в сторону. Во-вторых, все-таки Александр Николаевич романов был человеком все-таки военным и он знал что делать, когда стреляют. Он побежал зигзагами, и когда террорист расстрелял практически все патроны, охрана опомнилась, он был схвачен, избит, судим и повешен. Покушение было не только устрашающим, оно было унизительным для Императора. Ну представьте себе Император Всероссийский, Царь Польский, Великий Князь Финляндский, Хан Казанский и прочее, прочее, бежит зигзагами посреди собственной столицы, за ним гонится бывший студент и стреляет в него из револьвера. Это было настолько ужасно, настолько неправдоподобно с его точки зрения
Л. ГУЛЬКО Это эмоции..
О. БУДНИЦКИЙ Да, один из охранников, когда он описывал, что произошло в своих показаниях, он долго не мог подобрать нужных слов, начинал, зачеркивал, ну как писать :»царь побежал»?, вроде бы некрасиво. В конце концов он соорудил такую фразу: злоумышленник открыл огонь, а его императорское Величество изволили стремительно удалиться. Реакция императора была традиционной для России — укрепление вертикали власти. Россия была поделена на 6 генерал-губернаторств, как их называли в демократических кругах сатрапий, и принципиально было то, что теперь каждый генерал-губернатор имел право утверждать смертный приговор, чего раньше простые смертные, будь они даже генерал-губернаторы, права делать не имели. Логика такой взаимной борьбы, хотя трудно говорить о борьбе колоссальной империи с горсткой революционеров, но тем не менее шла борьба не на шутку. Логика этой борьбы вела к тому, что революционеры все дальше и дальше отходили от традиционной пропаганды и вступали на путь борьбы политической, на путь борьбу за власть. Постепенно главным методом этой борьбы становился терроризм. На этой почве произошел раскол «Земли и воли», образовались две новые организации осенью 1879 года: «Народная воля» и «Черный передел». О «Черном переделе» мы говорить не будем, тем более, что он быстро довольно сошел на нет, это была традиционная народническая пропагандистская организация, а «Народная воля» попыталась повести борьбу за власть. Главным методом стал терроризм и главной мишенью стал император. По началу пытались взорвать. То есть взорвать его пытались все время , но поначалу пытались взорвать царский поезд. Было проведено два подкопа под полотно железной дороги, это было осенью 1879 года. Император проводил осенний сезон в Крыму, возвращался оттуда поездом, и один подкоп был под городом Александровском. Но там взрыва не произошло. Видимо, Андрей Желябов неправильно соединил провода, и взрыв не случился. 19 ноября 1879 года под Москвой взрыв произошел. Там под видом путевых обходчиков поселились Софья Перовская и Лев Гартман, якобы они были супруги Сухоруковы. Из домика путевого обходчика вели подкоп под полотно железной дороги и поезд — таки взорвали. Но не тот. Были подучены неверные сведения о порядке движения поездов, было два поезда, один царский, другой со свитой. И царский поезд благополучно проследовал в Москву, а свитский поезд был взорван, причем взорвали именно тот вагон, в котором должен был быть император, но там были фрукты и овощи, которые везли из Крыма.
Л. ГУЛЬКО Мне кажется, что некий прослеживается непрофессионализм, пока, да? С точки зрений террористов. А почему не тот вагон? Проводки?
О. БУДНИЦКИЙ Нет, во-первых, это все было впервые и скрытно организовать 2 подкопа, заложить мину, конечно, дело было совершенно новое, и были всякие накладки. Но надо сравнивать не с тем, что было потом, а с тем, что было до этого. Дело было совершенно небывалое, ведь это было вообще впервые в истории России и я подозреваю, что впервые в мировой истории, попытка убить главу государства таким способом. Это произвело совершенно оглушительное впечатление, тем более, что террористы выпустили прокламацию, в которой писали, что участь царя решена и дело в сроках, в способах, вообще в подробностях. В августе того же года народовольцы вынесли царю формальный смертный приговор, естественно не было ни подсудимого, ни защиты, так, он решили это как-то в своем кругу. Но, дальше — больше, дальше последовало покушение в Зимнем дворце. Туда устроился на работу столяром Степан Халтурин близкий к народовольцам, он был столяром-краснодеревщиком высокого класса и работал одно время на царской яхте и потом стал работать в Зимнем дворце. А были такие правила, что холостые рабочие могли жить в самом дворце, естественно не в апартаментах, а в подвале, в полуподвальных помещениях. И Халтурин, тот полуподвал, в котором он жил, находился как раз под царской столовой, точнее через комнату, наверху была кардигардия комната для отдыха караула, а выше царская столовая. И план был такой — постепенно накопить динамит и взорвать царя во время обеда. Просто, но эффективно. И Халтурин постепенно носил небольшими дозами динамит в свое пристанище, сначала он складывал его в подушку, потом перегружал в сундучок, причем, чтобы не вызывать подозрений, он стал ухаживать за дочерью жандарма, который надзирал на всякий случай за мастеровыми, в общем вел себя в высшей степени конспиративно. Но тут случилось следующее неприятное событие для революционеров — при провале конспиративной квартиры у одного из них Квятковского был изъят листок бумаги и на нем был план Зимнего дворца и на столовой стоял крест. В общем, полиция не очень понимала, что это значит, но на всякий случай меры безопасности были усилены, были внезапные осмотры, обыски, становилось небезопасно, и нужно было производить взрыв как можно быстрее. Любопытно, что Желябов, который курировал, скажем, так, покушение Халтурина, он и Халтурин встречались на углу Дворянской и Миллионной у магазина картин и Желябов, когда уже было решено устроить взрыв как можно быстрее, в силу того, что стало небезопасно, спрашивал каждый раз ну что? Халтурин говорил не получилось, были люди, не мог. И вот в один прекрасный день, он сказал ему, сейчас услышишь. И через несколько секунд раздался страшной силы взрыв. Технология была такая, он разбивал стеклянную трубку, происходила химическая реакция, и все это взрывалось. Но, что произошло. Во-первых, царь опоздал к обеду. Он встречал принца Александра Гессенского и немножко припозднился. И даже если бы царская семья была в столовой, то вероятно она бы не пострадала ибо то ли динамита было недостаточно, то ли по одной из версий кто-то в отсутствие Халтурина подвинул сундучок таким образом, что он оказался не очень
Л. ГУЛЬКО Не в эпицентре взрыва
О. БУДНИЦКИЙ Да, за каменной колонной, но зато досталось очень сильно охране. Было убито и покалечено почти полсотни солдат. Это было списано на обстоятельства. На обстоятельства и надо сказать, что радетели за народное счастье довольно хладнокровно отнеслись к этим жертвам, сказав, ну что ж..
Л. ГУЛЬКО — Цель оправдывает средства
О. БУДНИЦКИЙ Да. Это произошло 5 февраля 1880 года, и это произвело совершенно оглушительное впечатление на публику и на власть — террористы оказались всесильными. Устроить взрыв в самом Зимнем дворце, это было чересчур
Л. ГУЛЬКО — Верх цинизма.
О. БУДНИЦКИЙ Да, и вот здесь выяснилось, что терроризм достаточно эффективное средство борьбы. Ибо, если покушение Соловьева привело к ужесточению режима, привело к смертным казням, привело к массовым арестам, обыскам, высылкам, то взрыв в Зимнем дворце привел к тому, что власть задумалась, о том, чтобы сделать шаг навстречу. Конечно не террористам, но обществу. Непосредственной реакцией на это покушение стало образование Верховной Распорядительной Комиссии, во главе которой был поставлен Михаил Тариэлович Лорис-Меликов, один из генерал-губернаторов харьковский, герой русско-турецкой войны, как раз тот генерал-губернатор, который не подписал ни одного смертного приговора. И началась политика заигрывания с обществом, ну не то, чтобы заигрывания, действительно он попытался найти опору в обществе, ибо без сочувствия общества, теракты теряли смысл. Ведь они были направлены не только и не столько на физическое уничтожением императора, она были направлены на дестабилизацию власти и на то, чтобы убедить общество в силе террористов. И вот, Лорис-Меликов с одной стороны встречался с представителем общественности, была заметная либерализация в отношении печати, с другой стороны он провел реорганизацию спецслужб — третье отделение Его Величества канцелярии, то есть тайная полиция, было упразднено, и вместо третьего отделения был образован департамент полиции в составе министерства внутренних дел. И розыскная служба была несколько упорядочена. Хотя профессионализм тогдашних полицейский был далек от совершенства. При той жесткой системе контроля за населением, которая существовала, прописка, дворники в каждом доме, казалось бы можно было бы проследить за передвижениями террористов, за их действиями, планами, тем не менее в Петербурге действовали подпольные типографии, тем не менее в Петербурге, на конспиративных квартирах изготавливались бомбы, производились химические опыты и в общем, вплоть до самого цареубийства полиции достичь каких-либо существенных успехов в борьбе с террористами не удалось. Наступила некоторая пауза. С одной стороны прекратились смертные казни, с другой стороны террористы не совершали покушений на царя. Отчасти по техническим причинам, пытались взорвать один из мостов петербуржских, но не получилось по ряду обстоятельств. И вот в ноябре того же года были повешены народовольцы Квятковский и Пресняков. Квятковский, как я уже говорил, у него был найден план Зимнего дворца с крестом. Он автоматически был причислен к числу тех, кто покушался на цареубийство, и хотя во время покушения он был в заключении, но, тем не менее, был казнен и Пресняков, который при аресте оказал сопротивление и ранил нескольких жандармов. Теперь цареубийство, как говорили лидеры «Народной воли» стало дело чести партии. И вот начинается уже подготовка цареубийства в Петербурге. Все уже делалось по последнему так сказать слову террористической техники. Во-первых, был создан специальный отряд, в основном там были студенты, которые проследили царские выезды. Император уже не гулял пешком, он в собственной столице жил как в осажденном городе. Отряд наблюдателей, они действовали подвидом извозчиков, под видом мелких торговцев вразнос, проследили царские выезды и установили, что император по воскресеньям по утрам неизменно ездит на развод караула в Михайловский манеж, а после этого иногда заезжает к Великой Княгине Екатерине Михайловне на завтрак. И стало понятно, что он ездит по Малой Садовой улице, той, что за Гостиным Двором, или по набережной екатерининского канала. И вот, на Малой Садовой была снята лавка якобы для торговли сыром, владельцами лавки были народовольцы Богданович и Екимова, назывались они официально купцами Кобозевыми. И из лавки велся подкоп под Малую Садовую, куда должна была быть заложена мина очень мощного действия, которая должна была бы разнести царскую карету. Террорист должен был сидеть собственно в лавке, смотреть в окно на улицу и соединить проводки в нужный момент. Но опять-таки эти торговцы попали под подозрение. Отчасти потому, что торговали явно себе в убыток, отчасти потому, что Екимова, по старой студенческой привычке время от времени покуривала папироски
Л. ГУЛЬКО Ну да, какая же купчиха покуривает папироски?
О. БУДНИЦКИЙ Да, и это примерно то же самое, если бы появился крокодил и курил папиросы на улице, наверное, удивление было бы ровно таким же
Л. ГУЛЬКО «По улице ходил, папиросы курил». Мы прервемся ненадолго на самые свежие новости, а затем вернемся в студию и продолжим наш рассказ.
Л. ГУЛЬКО — Историк Олег Будницкий у нас в студии и мы сейчас перейдем ко второй части нашей беседы «Терроризм и террористы в России» и мы остановились на таком кульминационном моменте. Если позволите два вопроса на пейджере: «Слушаю передачу не в первый раз и все время нахожу аналогию с современностью, если «Народная воля» — партия, то, может быть, и «Аль-Каида» партия?» — спрашивает Игорь. По его аналогиям.
О. БУДНИЦКИЙ Это игра слов, ну давайте называть организацией, сами назвали партия «Народная воля», и мы будем называть тек же
Л. ГУЛЬКО Ну пусть, как хотите. «Почему до сих пор именами террористов названы центральные улицы?» — спрашивает Людмила.
О. БУДНИЦКИЙ Почему этот вопрос ко мне? Это во-первых, а во вторых, здесь достаточно сложно на самом деле и ко многим явлениям нужно подходить исторически. Терроризм, это явление неприемлемое и понятно, что люди, которые избрали убийство, как средство борьбы за свободу, они скажем так, заблуждались. В то же время, если мы пойдем вглубь веков, то многие те люди, которых по современной терминологии можно было назвать террористами, их называли тогда борцами за свободу. Я приведу такую аналогию — в Лондоне стоят 2 памятника в пределах 5 минут пешком один от другого — это памятник Кромвелю и памятник Карлу Первому, карлу первому отрубили голову, в общем-то, благодаря стараниям Кромвеля. И тот и другой принадлежат английской истории. Сейчас у нас это очень горячая тема, но, может быть, немножко поостыв, где-нибудь лет 100 спустя, мы не будем задавать таких вопросов
Л. ГУЛЬКО — Сидя в этой студии
О. БУДНИЦКИЙ Разумеется, а где же еще?
Л. ГУЛЬКО Мы продолжаем, это историк Олег Будницкий.
О. БУДНИЦКИЙ — Так вот, провели обыск в лавке, один из обыскивавших потыкал шашкой в бочку с сырами, шашка был влажной, но все списали на сыры. На самом деле под сырами была недавно извлеченная из подкопа земля. Ситуация, тем не менее, стала, напряженной и террористы решили, что пора. Тем более что неожиданно совершенно и случайно был арестован лидер партии Андрей Желябов вместе со своим другом Михаилом Тригони, и было решено непременно совершить цареубийство 1 марта, это было решено 28 февраля на собрании в квартире на Вознесенском проспекте, которую держала Вера Фигнер. Я назову имена тех людей, которые, собственно говоря, решили участь царя Вера Фигнер, Софья Перовская, Анна Карба, Татьяна Лебедева, Григорий Исаев, Михаил Грачевский, Николай Суханов, Михаил Фроленко восемь человек, из них половина женщины, между прочим. А непосредственно руководила покушением Софья Перовская. Так вот 1 марта царь был в ловушке. На Малой Садовой его ждала мина, и Михаил Фроленко был готов осуществить взрыв, а на набережной Екатерининского канала Перовская расставила четырех метальщиков с ручными разрывными снарядами, это были Игнатий Гриневицкий Николай Рысаков, Иван Емельянов и Аркадий Тырков.
Л. ГУЛЬКО Это на тот случай, если не получится на Садовой, да?
О. БУДНИЦКИЙ Если царь поедет другим маршрутом. Сама Перовская должна была подать сигнал, куда именно повернет царская карета. Карета повернула на набережную Екатерининского канала, где произошло покушение, теперь это видно всем, там стоит Храм Спаса на Крови. Первую бомбу бросил Николай Рысаков. Карета была разнесена, если не в щепки, то достаточно сильно повреждена, были ранены и убиты несколько охранников и прохожих, но царь уцелел, на нем не было ни одной царапины. Когда рассеялся дым, кто-то из прохожих воскликнул: Ваше Величество, вы целы? — Александр сказал: Я цел, но вот, показывая на корчащегося мальчика неподалеку. Рысаков заметил: Еще слава ли богу? Затем подошел Игнатий Гриневицкий и бросил бомбу ему под ноги. Взрывом бомбы были смертельно ранены и император и метальщик. Таким образом «Народная воля» достигла поставленной цели, однако эта победа партии оказалась пирровой победой. Начались массовые аресты, Рысаков начал выдавать, схваченный на месте преступления, и очень быстро значительная часть исполнительного комитета была схвачена, включая саму Перовскую. Были захвачены и разгромлены ряд конспиративных квартир, в том же марте месяце, в конце прошел процесс над цареубийцами. Их было шестеро. Я прошу прощения, я назвал одного из метальщиков неверно это был Тимофей Михайлов, который должен был бросать бомбу. Так вот, к смертной казни были приговорены: Софья Перовская, Андрей Желябов, Тимофей Михайлов, Николай Кибальчич один из тех, кто готовил эти самые разрывные снаряды и Рысаков. Его раскаяние и то, что он указал всех, кого знал, не спасло его от виселицы. К смертной казни была приговорена мещанка Гельфман, на квартире которой инструктировали метальщиков, но поскольку она был беременна, ей смертную казнь отсрочили до рождения ребенка. 3 апреля 1881 на семеновском плацу в Петербурге были публично повешены пятеро, в том числе одна женщина Софья Перовская первая женщина, казненная за политическое преступление. Гельфман под давлением мировой общественности, смертную казнь заменили каторгой, но после рождения ребенка, она вскоре умерла в тюрьме 1 февраля 1882 года. Таким образом, террористы своей цели и добились и не добились. Они убили царя, но цареубийство вызвало не поддержку партии, вызвало не какие-либо народные волнения, напротив, это вызвало всеобщее негодование и даже отвращение. Крестьяне восприняли это как дворянскую месть царю-освободителю, общество в ужасе отшатнулось от террористов, и это стало величайшим триумфом и величайшим поражением «Народной воли». В течение года-другого партия была практически полностью разгромлена, осталось название, остались некоторые эмигранты, именовавшиеся «народовольцами», но как реальная сила «Народная воля» исчезла. Однако же, значение цареубийства 1 марта гораздо больше, чем то, что последовало непосредственно за ним. По точному выражению Альбера Камю, произошла десакрализация власти. Сообщение о разрубленных ногах божества, ведь император это был помазанник божий, да? Сделало для десакрализации власти, для того, чтобы эта власть стала как бы обыденной, власть с которой можно было сражаться, и которую можно было уничтожить, это сделало больше, чем сотни и тысячи прокламаций. Более того, террористы доказали, что небольшая группа хорошо организованных людей сможет достичь поставленной цели, не смотря на то, этой группе противостоит вся мощь колоссальной империи. Был показан путь, по которому нужно идти. 20 лет спустя, новые террористы пошли по этому пути и с начала 20 века в России возникает новая террористическая волна, в десятки и сотни раз более мощная, чем в эпоху «Народной воли». Ну, об этом сейчас я говорить не буду, а вернусь все-таки к цареубийству. Цареубийство и последующий суд над цареубийцами породил некую нравственную проблему. А надо ли их казнить? Может ли русский царь, если он православный царь христианский казнить убийц своего отца? Должен ли он по-христиански их простить или помиловать в какой-то мере? Не многие так думали, но среди тех, кто так думал, был Владимир Соловьев, произнесший публичную речь об этом и вследствие чего лишившийся права преподавать в Университете навсегда и Лев Толстой, который написал обращение к новому императору и пытался его передать через Победоносцева, но тот отказался. Отказался, в конечном счете, и написал Толстому, что ваш Христос не мой Христос. Конечно, трудно представить себе, что царь и сын, отца которого убили столь зверским образом, простил бы этих убийц и с точки зрения государственной, наверное, казнь была неизбежна. Но, позволю себе предположить, хотя это очень теоретическое предположение, что если бы он пошел по этому пути, о котором говорили Владимир Соловьев и Толстой, то он морально уничтожил бы русскую революцию. Неизвестно, что было бы эффективнее, но это, в общем, рассуждения. Был еще один момент. Лорис-Меликов готовил некий проект. Лорис-Меликов, напомню, что он был председателем Верховной распорядительной Комиссии, потом министр внутренних дел и он готовил некий проект, который означал на самом деле шаг в сторону представительства, шаг в сторону создания какого-то органа, который носил бы совещательный характер при императоре. Иногда это не совсем точно называют конституцией Лорис-Меликова. И есть такое мнение, в литературе высказывается, что террористы остановили этот процесс либерализации России. Если бы не цареубийство, то этот текс, который подготовил Лорис-Меликов был бы утвержден, подписан и Россия постепенно пошла бы по пути конституционной монархии. Замечу, что могло быть так, могло быть и по-другому. Александр Второй вроде бы решился. но нет никаких гарантий, что его наследник, человек гораздо более консервативных взглядов, чем его отец Александр Третий, просто бы не разорвал, со временем эту бумагу. Поэтому тут я бы не стал бы уж так настаивать на том, что этот террористический акт остановил конституционный процесс. Но то, что он принес несомненный вред нормализации отношений между властью и обществом, это несомненно. Это н6есомненно. Замечу еще, что «Народная воля» стала такой идеальной моделью для террористической организации будущего. И не только в России. Народовольцы достигли величайшего успеха, по сравнению с другими террористами в любой другой стране в это время. Они действовали около 2-х лет, они последовательно достигали поставленной цели, они продемонстрировали, как это можно сделать. Это был очень соблазнительный пример. И говорить о России, то если мы почитаем печать российскую революционную, особенно зарубежную, то там все время раздаются призывы возродить «Народную волю». Возродить «Народную волю» пытались в России. Пытался это сделать в частности Александр Ильич Ульянов старший брат небезызвестного Владимира Ильича Ульянова, более известного нам как Ленин. Он не был главным в террористической группе. Хотя был весьма активным ее членом. И несколько лет спустя, а именно 1 марта 1887 года группа Шевырева Ульянова, как ее принято называть в исторической литературе, пыталась осуществить еще одно покушение на цареубийство, но они были схвачены на улицах в разрывными снарядами на руках, сам Александр Ульянов с бомбой не ходил, он изготавливал эти разрывные снаряды. И причастные к этому новому покушению на императора, теперь уже Александра Третьего, были повешены. Пытались еще несколько раз вот в эти как бы глухие, с точки зрения революционного движения 80-90-е годы, пытались еще несколько раз возродить террористическое движение, пытались осуществить цареубийство, то есть не осуществить даже, а сделать какие-то шаги в этом направлении. Но неизменно это все заканчивалось крахом, или в конечном счете оказывалось полицейской провокацией. Как скажем, знаменитое дело парижских бомбистов, когда приехал некий молодой человек из Петербурга, привез деньги, сказал, что вот есть люди, которые готовы, срочно стали в Париже революционеры-эмигранты, основали лабораторию, начали готовить снаряды, потом все были арестованы.
Л. ГУЛЬКО Тут то их и взяли
О. БУДНИЦКИЙ Да, выяснилось, что молодой человек это провокатор, некий Ландензен-Геккельман , который впоследствии дослужился до чинов известных и был шефом департамента заграничной агентурной полиции. И был сооружен такой процесс в Париже и там русских террористов посадили на относительно умеренные сроки около 5 лет. Замечу еще один момент. То, что влияние «Народной воли» было идейным для всех последующих революционеров, в основном на эсеров. Почти все те, кто был причастен к 1 марта и вообще к деятельности «Народной воли»: и наблюдательный отряд, и непосредственные участники покушения, и кто готовил разрывные снаряды, и кто принимал участие на совещаниях, почти все они были или казнены, или умерли на каторге и в ссылке. Но некоторые пережили этот период, и Тригони, арестованный вместе все Желябовым, Фроленко, Анна Карба, Прасковья Ивановская, Вера Фигнер, Екимова, Емельянов и некоторые другие, они, они пережили все это время, и некоторые не успокоились. Некоторые продолжили борьбу. Например, Анна Екимова, та самая, которая была хозяйкой сырной лавки, стала впоследствии членом ЦК партии эсеров. Прасковья Ивановская, бежавшая с поселения, примкнула к партии эсеров и принимала впоследствии непосредственное участие в убийстве министра внутренних дел Плеве. Ну и Вера Фигнер также была близка к эсерам и принимала участие в различных эсеровских предприятиях. И здесь мы прослеживаем прямую нить к следующей террористической волне. А старт этой следующей террористической волне дал, как и ранее, студент. Студент Петр Карпович, который 14 февраля 1901 года смертельно ранил министра народного просвещения Боголепова. Карпович был исключен из университета за участие в студенческих волнениях, вообще, надо сказать, что довольно министр народного просвещения, профессор римского права, кстати говоря, был довольно жестко настроен к смутьянам и те студенты, которые принимали участие в волнениях в Киеве и некоторых других городах, они были исключены и некоторые забраны в солдаты. Карпович решил расквитаться за эту несправедливость, явился на прием к министру и его смертельно ранил. Это был террорист одиночка. Но год спустя, раздался выстрел, смертельно ранивший на этот раз уже министра внутренних дел в здании комитета министров 2апреля 1902 года и теперь за это покушение ответственность взяла боевая организация «партия социалистов-революционеров», которая по количеству террористических актов, в десятки раз превзошла «Народную волю».
Л. ГУЛЬКО — Историк Олег Будницкий — продолжение следует. В следующую субботу, в 18 часов мы ждем вас у ваших радиоприемников. Спасибо большое.
О. БУДНИЦКИЙ Спасибо вам, всего доброго.
Л. ГУЛЬКО «Терроризм и террористы в России», мы продолжаем наш исторический эфир.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс