Путешествовие по России — упорный и неблагодарный труд

А. Кюстин

Еще в Кронштадте меня пригласили сойти в большой зал нашего парохода, где я должен был предстать перед ареопагом чиновников, допрашивавших пассажиров. Все члены этого трибунала, более грозного, чем импозантного, сидели за большим столом и с исклю­чительным вниманием перелистывали лежавшие перед ними реес­тры. Казалось, что они поглощены выполнением какого-то серьез­ного секретного поручения, хотя занимаемые ими должности от­нюдь не соответствовали их напускной важности. Одни из них с пе­ром в руке выслушивали ответы пассажиров или, вернее, обвиняе­мых, так как, очевидно, всякий иностранец, прибывший на рус­скую границу, трактуется заранее как преступник.

—<…> Что, собственно, вы желаете делать в России?

—  Ознакомиться со страной.

—  Но это не повод для путешествия.

—  У меня, однако, нет другого.

—  С кем думаете вы увидеться в Петербурге?

—Со всеми, кто разрешит мне с ними познакомиться.

—Сколько времени вы рассчитываете пробыть в России?

—  Не знаю.

—  Но приблизительно?

—  Несколько месяцев.

— Быть может, у вас какое-нибудь дипломатическое поручение?

–   Нет.

— Может быть, секретное?

–   Нет.

—  Какая-нибудь научная цель?

–   Нет.

— Не посланы ли вы вашим правительством изучать наш соци­альный и политический строй?

–   Нет.

— Нет ли у вас какого-нибудь торгового поручения?

–   Нет.

Значит, вы путешествуете исключительно из одной лишь лю­бознательности?

–   Да.

— Но почему вы направились для этого именно в Россию?

—  Не знаю…

Знаете ли вы, что значит путешествовать по России? Для поверхностного ума это значит питаться иллюзиями. Но для человека мало-мальски наблюдательного и обладающего к тому же независимым характером, это тяжелый, упорный и неблагодарный труд. Ибо такой путешественник с величайшими усилиями различает на каждом шагу две нации, борющиеся друг с другом: одна из этих на­ций — Россия, какова она есть на самом деле, другая — Россия, какою ее хотели бы показать Европе.

Русское правительство, проникнутое византийским духом, да, можно сказать, и Россия в целом, всегда смотрели на дипломатический корпус и вообще на европейцев как на завистливых и злорадных шпионов. В этом отношении между русскими и китайцами наблюдается разительное сходство: и те и другие уверены, что мы им завидуем. Они судят о нас по себе.

Николаевская Россия (Россия в 1839 году). М., 1930. С. 48, 53, 134.

 Миниатюра: Российская империя в начале XX века.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс