Последний император. Ветер перемен

Стенограмма передачи “Не так” на радиостанции “Эхо Москвы”

12 октября 2002 г.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Ольга Малышева историк.
Эфир ведет Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН Совместная программа с журналом «Знание сила», серия «Династия Романовых», сегодня последний император, вторая передача, посвященная Николаю Второму. И Ольга Малышева сейчас у нас в студии, добрый вечер, Ольга Геральдовна.
О. МАЛЫШЕВА — Добрый день.
С. БУНТМАН Да, день, еще, правда, день. Ну, мы как раз подошли к началу царствования в прошлый раз.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно.
С. БУНТМАН И царствование это началось не очень весело, не очень удачно. И продолжалось по-разному, вот так скажем, по-разному. Ну что ж, давайте уже начнем царствовать вместе с Николаем Вторым.
О. МАЛЫШЕВА Давайте сначала обратимся к восшествию Николая на престол, потому что действительно коронация последнего императора была ознаменована трагическими событиями, по замыслу министерства двора это мероприятие должно было быть чрезвычайно пышным, продолжительным по времени, с присутствием, обязательным участием многочисленных иностранных делегаций. Все поначалу шло как задумывалось, я не буду в деталях говорить о том, как пышно была обставлена сама коронация, сколько было приглашенных, это факты хорошо известные. Я сделаю акцент на тех трагических событиях, которые в значительной степени предопределили что ли вот это обидное прозвище, которое Николай носил весь период царствования, Кровавый. Речь идет о Ходынке, как вы понимаете. За царскими подарками на Ходынское поле, вместо массовых гуляний явились тысячи людей, и ночью люди ожидали раздачи подарков, грелись у костров, и произошли беспорядки, совершенно стихийные, неуправляемые. К семи часам утра трагедия была закончена, то есть, там появилась полиция, удалось навести какой-то относительный порядок, но зрелище было ужасным. Тысячи раздавленных, истерзанных, убитых. И встал, естественно, вопрос о том, что делать дальше, потому что на этот день были намечены другие мероприятия этого празднования, в том числе посещение императором с императрицей Ходынского поля, в том числе званый обед волостных старшин, которых пригласил на обед Николай, и самое главное мероприятие этого вечера, это бал у французского посла. Николай очень скоро узнал о том, что произошло. И вот здесь очень много споров идет до сих пор, прав ли он был в отношении к этому событию. Практически он никак не выразил отношения. Мероприятия, празднования продолжались по намеченному сценарию. Николай посетил уже очищенное от трупов и пострадавших Ходынское поле, приветствовал гулявших, там играла музыка, то есть, все внешне было чинно, хотя вот эта кровавая драма еще только-только рассеялась. И вечером, действительно, он был во дворе на балу французского посла. Сам не только факт, на который я хотела бы обратить внимание, он не просто присутствовал, возможно, мероприятие такого высокого дипломатического уровня, они не могут быть так скоро отменены. Но Николай не просто присутствовал, танцевал с супругой посла, Александра Федоровна танцевала с послом, и тем самым, ну, наверное, нам, современникам сегодня тоже иногда приходится задумываться о поведении первого лица в государстве в моменты таких критических каких-то, трагических, я бы сказала, событий.
С. БУНТМАН Причем важна первая реакция.
О. МАЛЫШЕВА Первая реакция. Общество все равно ждет.
С. БУНТМАН Вот почему мы так судили, вот с «Курском».
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно. Николай не отреагировал никак, и вот сразу же практически намертво приклеилось вот это прозвище Кровавый. И насколько трагично началась его эпоха царствования, наверное, не менее трагично, безусловно, оно и закончилось, мы об этом будем говорить чуть позже.
С. БУНТМАН Но ведь нельзя сказать, что не было опыта каких-то тяжелых событий, потому что как, например, Николай Первый взошел на престол среди просто мятежа, среди революции фактически.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно.
С. БУНТМАН И ему пришлось сперва пройти через полгода следствия тяжелейшего.
О. МАЛЫШЕВА Казни, которые были.
С. БУНТМАН Казнь, которая была. Пойти на это и, например, от этого сохранилось у нас невероятное совершенно по силе своей не только материалы допросов, но и переписка Николая с другой Марией Федоровной, то есть, со своей матерью.
О. МАЛЫШЕВА Я больше скажу. Вот мероприятия, связанные с какими-то беспорядками, жертвами при коронациях, они не редкие явления были в тот момент. Скажем, и в Англии они бывали, в том числе, при коронации уже упоминавшейся нами королевы Виктории, но другое дело, что все-таки власть каким-то образом пыталась, во-первых, отреагировать на эти события. И наводила порядок. Вот любопытно заметить, что по делу о ходынских беспорядках вот этих, во время коронации, работали две следственные комиссии, специально были поручены очень важным, таким серьезным чиновникам. Даны задания разобраться и найти виновных. Виновные найдены не были. И это тоже просматривается параллель, больше года шло разбирательство, министерство двора, которое организатором было этой акции, винило полицию, министерство внутренних дел. Те открещивались и переводили стрелки, и наказан был фактически стрелочник, глава московской полиции. Ну, конечно, истинные виновные были от ответственности освобождены. Ну, прежде всего, конечно, речь идет о губернаторе, дяде Николая Второго.
С. БУНТМАН Да, то есть, резюмируем, что такие вещи могут происходить, мало ли что бывает.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно.
С. БУНТМАН Важна, во-первых, реакция, а во-вторых, уже меры, которые принимаются после для предотвращения подобных вещей, и анализ происшедшего.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно согласна.
С. БУНТМАН Ни того, ни другого не было сделано, вот в чем дело.
О. МАЛЫШЕВА К сожалению.
С. БУНТМАН Так, ну что же, прошло это. Будет много поводов еще получить снова такое же прозвище у Николая Второго, но было и другое, была повседневная государственная жизнь, первоочередные по важности проблемы, с которыми пришлось столкнуться Николаю Второму. Не только вот в таком трагическом эмоциональном плане, но и просто в бытовом государственном. Что это было?
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно. И я бы, пожалуй, выделила в качестве первоочередной проблемы это упоминавшуюся уже проблему необходимости совершенствования, модернизации политической системы. Прежде всего речь идет о допущении выборных представителей общества к участию в государственном управлении. Так уже сложилось, и я думаю, что эта традиция жива по сей день, что восшествие каждого нового главы государства на престол сопровождается какими-то надеждами в обществе. Хотим мы этого или нет, но мы всегда надеемся на какие-то перемены, и обязательно в лучшую сторону. Не было исключением восшествие Николая, и общество, в том числе либеральная часть общества, которая накопила уже определенный опыт на уровне земского самоуправления, все более настойчиво поговаривает и подталкивает, я специально выбираю эти выражения, поскольку выражения вот этой желательности перемен были очень корректными. Подталкивают власть к принятию этого решения. И с замиранием ждет реакции ответной. Николай, мы уже говорили, в качестве программы для себя видел сохранить Россию в неизменном виде. Он прекрасно знал о настроениях своего батюшки, Александра Третьего ко всем идеям либерализма, которые тот именовал не иначе, как паршивый либерализм, и, собственно, он, прямо следуя в этом русле, в ответ на приветствие Тверского земства в очень резкой форме, что, в общем-то, не было даже для него характерно, предложил бросить бессмысленные мечтания. Тем самым он оборвал всякие разговоры о возможных переменах. Но общество на этом не успокоилось. Вообще, вот любопытная ситуация. Начало 20-го столетия было ознаменовано тем, что желание слыть либералом стало явлением достаточно массовым. И было хорошим тоном во всех практически слоях ругать монархию, клеймить деспотию, тиранию, и слыть либералом. Здесь очень глубокие причины, можно об этом много говорить, но скажем очень коротко, что и торгово-промышленная часть представителей общества, и представители дворянского сословия, и интеллигенция, конечно, и крестьянство, в значительной степени, имели свои счеты к власти. Ну, если говорить о дворянстве, то это дворянство, потерпевшее финансовые серьезные убытки после отмены крепостного права считало, что самодержавие могло побольше о них позаботиться, и чувствовало себя несколько обделенным. Отсюда вот такое общее настроение и Николай не чувствовал опоры. Конечно, были, безусловно, и фанатично преданные режиму сторонники, но их становилось все меньше и меньше. И перед Николаем дилемма что делать. Идти навстречу, чему от четко совершенно сформулировал нежелание, или все-таки попытаться увести общество на реализацию, осмысление других каких-то проблем. Вот такая альтернатива очень часто будет перед Николаем весь период его царствования. И вот по роковому стечению обстоятельств он всегда будет выбирать худший вариант.
С. БУНТМАН Да, вот об этом как раз очень много говорят. И вот поведение в таких узловых моментах, как эмоциональное поведение. Марине я хочу сразу ответить, дело тут не в числах, когда была точно, день в день коронация, ходынские события.
О. МАЛЫШЕВА Это можно сказать, это не представляет совершенно труда.
С. БУНТМАН Да нет, это не представляет труда, это во-первых, а во-вторых, это не принципиально, а принципиально то, что сама коронация это целая система мероприятий.
О. МАЛЫШЕВА Да, она хорошо описана, известна.
С. БУНТМАН Да, и все по времени известно, так что, это неважно, день в день, или через 4 дня после коронации.
О. МАЛЫШЕВА На 13-й день, Ходынка была на 13-й день, вот роковая еще одна такая дата. Коронация была в начале мая, а 18-го мая были события на Ходынском поле как раз.
С. БУНТМАН Так что, здесь все понятно, это целая система торжеств, которая проходила в обеих столицах, но так как коронация традиционно в Москве проходит, то и Москва, к сожалению, стала и ареной такого происшествия, как Ходынская трагедия. Возвращаемся к выборам Николая.
О. МАЛЫШЕВА Итак, альтернатива, что делать. Подсказки идут и справа, и слева. И вот это тоже будет практически весь период царствование Николая. Ни одна из группировок, которая всегда фактически существует в верхнем эшелоне власти, имеется ввиду консервативная, стремящаяся сохранить в неизменном виде систему, и та часть окружения царского, которая настроена и готова к переменам, они ведут постоянно борьбу, и это само по себе неплохо. Так вот, Николай слушает и тех, и других, и все-таки склоняется в сторону консерваторов. Ну, в частности, был такой статс-секретарь Безобразов, который писал Николаю, буквально в первый или второй год его царствования большую записку. Вообще, интереснейший архив Царскосельский Николая, где сосредоточена масса такого рода письменных документов, которые на очень многие вещи сегодня позволяют взглянуть другими глазами. Так вот, Безобразов не просто убеждает его в невозможности использования вот этого опыта парламентаризма на российской почве, он говорит о том, что это будет губительно. И император так или иначе будет ответственен за эти события, что всякая даже подвижка в сторону парламентаризма означает анархию, следовательно, революцию и гибель империи. Он давил на самую больную точку в мировоззрении Николая, который больше всего на свете боялся погубить Россию по собственной глупости или недальновидности. Так вот, Безобразов и его сторонники, к числу которых относился и министр внутренних дел Плеве, склоняет Николая к принятию следующего решения: провести маленькую победоносную войну, которая приведет к укреплению авторитета власти, которая отвлечет внимание общества. Ну, как правило, я не беру последние события, но как правило, всякая война, особенно победоносная, укрепляет патриотизм в обществе, ну, и естественно, доверие к власти. Так вот, взоры обращают как раз к островному государству Япония, с которым в этот момент были сложные отношения, в том числе и экономические возникли конфликты, споры территориальные. И развязывается вот эта русско-японская война, которая приведет не только к прямо противоположным результатам, она не станет ни маленькой, ни победоносной, она станет началом первой в истории 20-го века русской революции. Тут прямая совершенно связь прослеживается. И уже дальше Николай будет вынужден идти на какие-то подвижки. И вот обращаю внимание именно на этот момент, что начиная с первой русской революции, когда действия Николая в ответ на требования общества, потому что революция сама по себе это довольно сопоставима с внутренней войной ситуация, тяжелейший кризис, и нужно реагировать власти, чтобы не оказаться за бортом. Отсюда вот этот характер догоняющий реформаторства, подчас поспешный, а подчас и такой двойственный, то есть, уступки были не до конца что ли продуманными, половинчатыми. Отсюда вот и характер этого реформаторства политический в целом можно именно так определить. И, пожалуй, первая реакция Николая на события 9-го января станет спустя больше месяца рескрипт на имя министра внутренних дел Булыгина с поручением последнему подготовить проект введения народного представительства. Николай сделает первый шаг навстречу реформам. Булыгин не отличался особыми какими-то задатками государственного деятеля. Его нельзя, на мой взгляд, поставить в один ряд со Столыпиным, с Витте. Но он оказался очень добросовестным чиновником, он поднял из императорского архива все записки о создании в том или ином виде органов народного представительства, которые проектировались в 19-м веке и Сперанским, и Валуевым, и Лурис-Меликовым, и слепил так, если позволительно так выразиться, нечто среднее, то есть, взял на вооружение наиболее приемлемые в данный момент предложения, действительно звучавшие ранее. И предлагает в конце мая месяца. Вот обращаю на это внимание, характер подготовки вот этого представительного органа. Идет полным ходом революция.
С. БУНТМАН Так, давайте проследим прямо вот хронологически. Революция нарастает.
О. МАЛЫШЕВА 9-е января.
С. БУНТМАН 9-е января тоже трагические события.
О. МАЛЫШЕВА Да.
С. БУНТМАН Пик революции будет все-таки осенью у нас, да?
О. МАЛЫШЕВА Пик революции будет осенью, но уже весной приходит в движение, практически бастует вся страна, рабочие сразу откликнулись на эти события в Петербурге. Затем начинается выступления крестьянства. И первое выступление в армии, что особенно было тревожным. И действия нужно было предпринимать решительно, не затягивая. Так вот, 23-го мая только Булыгин кладет на стол Николая проект, который стал результатом его длительных размышлений. Причем любопытно, что поначалу подготовка проекта создания органа народного представительства, Думы той самой, к участию были приглашены представители общества, было декларировано о том, что представители общества, и частные лица, и организации, присылать свои пожелания. И вы знаете, вот тут очень любопытный момент. Общество поверило и хлынул огромных поток предложений. Удалось специально проследить как реагировала власть, как она использовала и использовала ли вообще вот эти пожелания.
С. БУНТМАН Какого рода были предложения?
О. МАЛЫШЕВА Предложения были самые разные. Ну, вот одно, наиболее интересное, которое дошло до Николая, многие из них просто отсеивались на первом этапе, часть поступала по принадлежности в министерство. Ну, а те, что касались основных каких-то ключевых вопросов, ну, в частности, из Одессы, от представителей судебной палаты пришло предложение отстранить чиновничество от подготовки народного представительства, как силу, которая не пользуется авторитетом в обществе, немедленно даровать гражданские свободы на основе свободы совести, слова, и так далее. Это предложение даже легло на стол Николаю. И он своей рукой так резко довольно написал резолюцию: «глупо и нахально». Я просто обращу внимание, чуть позже, на то, что предложения эти будут реализованы осенью, в части гражданских свобод.
С. БУНТМАН Да, манифест их дарует, придется.
О. МАЛЫШЕВА Но Николай пока не готов сдаваться и не готов даже обсуждать эти вопросы, это «глупо и нахально». Он не решается, опять же, остановиться на окончательном решении. Николай передает проект Булыгина на рассмотрение министров под председательством графа Сольского, который в этот момент был главой Государственного Совета. Граф Сольский довольно большую работу провел по обсуждению этого предложения. Но вот одна из ярких личностей этого времени, Кржановский, кстати, из-под пера этого человека, который в свое время будет и помощником Столыпина, и товарищем министра внутренних дел, и большинство законопроектов вот этого подготовительного периода, предшествующего открытию Думы, будет его заслугой. Так вот, Кржановский очень едко оценит вот этот этап, он понимал, что действовать нужно, хотя он был, безусловно, абсолютно преданным монархической идее человеком, он был высокого ранга государственный служащий и очень честно выполнял свой долг. Только он очень язвительно отзовется о деятельности комиссии Сольского, и скажет о том, что поручение этого важного дела доверили старцам, которые фактически не смогли, что называется до конца оперативно.
С. БУНТМАН Тоже отметим себе достаточно такую вот характерную черту николаевской эпохи, это вот очень большое недоверие молодым силам.
О. МАЛЫШЕВА Абсолютно верно.
С. БУНТМАН Которые сами по себе начнут вот после того, как будет и Манифест, будет Дума, молодые силы начнут поступать. Они в каких-то других сферах себя проявляют. Но вот доверие к тем, кто зарекомендовал себя каким-то образом еще при отце.
О. МАЛЫШЕВА Вот любопытное подтверждение этому. Хорошо известно, что на идеологию Николая Второго оказал существенное влияние Победоносцев.
С. БУНТМАН Но мы сейчас запомним, остановимся здесь, поставим отточие и после новостей продолжим программу «Не так».
НОВОСТИ.
С. БУНТМАН Мы остановились, поставили отточие. Здесь есть вопросы, и они продолжают поступать. Нам придется чуть-чуть сделать шаг назад, но мы сейчас вот тему как раз весны 905-го года, весны-лета, вот как раз этой подготовки мы сейчас и завершим.
О. МАЛЫШЕВА Я хотела бы все-таки вернуться вот к той фразе, на которой я закончила.
С. БУНТМАН Да, конечно.
О. МАЛЫШЕВА Действительно, как вы справедливо совершенно сказали, очень часто пытался найти единомышленников среди соратников своего августейшего отца. Отец был непререкаемым авторитетом во всех отношениях, и вот любопытен такой факт: когда однажды он, в начале 900-х, правда, годов еще искал кандидатуру на пост министра внутренних дел, он обратился за советом к Победоносцеву, который практически был его идеологом, и человеком очень образованным, очень профессиональным. Это был юрист высочайшего класса. Так вот, он посоветовался, кого назначить, Плеве или Сипягина. На что Победоносцев ответил: это все равно, потому что Плеве мерзавец, а Сипягин дурак. Но назначать нужно либо того, либо другого, поскольку, объясняет императору, мотивация, продолжение существования строя напрямую зависит от возможности поддерживать режим в замороженном состоянии. Первое дуновение весны разрушит империю, разрушит монархию, поэтому нужны были именно такие люди. Может быть, вот это объясняет как раз то, что Николай действительно боялся молодых, либерально настроенных, а эти настроения, либеральные, проникли и в правящую элиту. Он боялся таких людей, поэтому действительно больше опирался на старцев.
С. БУНТМАН Сделаем маленький шаг назад, здесь один хронологический, другой идейный. Хронологический момент такой: Александр говорит, что мы проскочили момент реакции Николая Второго на Кровавое воскресенье. И дальше вот очень интересное замечание: «создается впечатление, что Николай Второй был в сущности Илья Обломов на монаршем троне, поскольку он очень старательно избегал столкновения с реальностью». Это другое дело, но вот реакция на Кровавое воскресенье, на 9-е января?
О. МАЛЫШЕВА Николай узнал в тот же день о событиях. Вообще, большую часть жизни он провел в Царском селе. Наверное, тогда уже стала устойчивой такая традиция руководить государством из загородной резиденции. Его резиденцией, любимым местом, где жила вся семья, было Царское село, ну, на небольшой удалении от Петербурга, он довольно быстро получал всю информацию. И он в дневнике как раз, о котором мы говорили еще в прошлый раз, записал очень такую лаконичную, телеграфного стиля фразу о том, что в Петербурге беспорядки, выразил сочувствие погибшим и раненным, и обратился, как это часто бывало, к Господу: «Господи, помоги нам». Но на самом деле, вот в моем представлении, он получил серьезное потрясение, и довольно долго приходил в себя. Кроме вот такой реакции никаких публичных выступлений, за исключением последовавшей несколько недель спустя встречи с представителями от рабочих Петербурга. Кстати, тоже любопытный момент: никогда не был хорошим оратором Николай Второй, и об этом позволяет судить изданная к 10-летию его правления полное собрание речей Николая Второго, очень тоненькая книжечка, и в основном речи очень краткие, очень лаконичные, большую часть из них представляют собой тосты, и перлы типа: «передайте извозчикам мою благодарность, объединяйтесь и старайтесь». Это он обращается к гурьевским извозчикам за то, что они отказались принимать участие в забастовке . Так вот, одна из наиболее содержательных речей была как раз обращена к рабочим после события Кровавого воскресенья. В ней он сказал о том, что «я знаю, что рабочим тяжело, но нужно потерпеть». Ну, буквально в нескольких предложениях. Пожалуй, вот это была его реакция публичная на события Кровавого воскресенья. А что касается стремления Николая оставаться, если так можно выразиться, за кулисами, или не принимать непосредственного участия в таких каких-то, конфликтных даже, может быть, ситуациях, я здесь могу согласиться. Ну, один только пример, забегая вперед: 12 лет действовала Государственная Дума в Российской империи, ни разу на парламентскую трибуну император не поднялся. Один раз, когда уже империя катилась в пропасть, в 16-м году он появился в кулуарах Думы, пожал руку правым депутатам, и, не откланиваясь, ушел. То есть, он не присутствовал ни на открытиях Думы, ни на каких-то особо торжественных мероприятиях.
С. БУНТМАН Она продолжала для него существовать как досадное обстоятельство смутной эпохи.
О. МАЛЫШЕВА «Нелюбимое дитя», — это его определение.
С. БУНТМАН Еще одна такая вещь, прежде, чем мы пойдем дальше, потому что у нас революция развивается, и вот Александр Владимирович пишет нам: «вы сосредоточили свое внимание на представителях либеральных реформ, но забыли при этом об откровенно деструктивных элементах, провоцировавших гражданские беспорядки. На этом фоне Николай Второй выглядит не таким уж дремучим консерватором, каким вы пытаетесь его представить». Все взаимосвязано. И деструктивные элементы, которые как мы знаем прекрасно, и в период реформ Александра Второго, существовали и при Александре Третьем, несмотря на консервативную политику, и все, конечно, обостряется.
О. МАЛЫШЕВА Безусловно.
С. БУНТМАН Все обостряется, все взаимосвязано.
О. МАЛЫШЕВА Абсолютно. Мне очень жаль, если вот мои рассуждения действительно выглядят как попытка представить Николая консерватором. Нет какой-то, понимаете, единой оценки этого, это политик с его слабостями, плюсами и минусами. И когда мы будем подводить итог, я все-таки постараюсь внести разъяснения, поскольку я никоим образом не хочу создать такое превратное впечатление у слушателя о том, что Николай был дремучий консерватор. Я говорю, скорее, о трагедии человека, который оказался вовлечен в эти события, которые не всегда были ему по плечу. Что касается деструктивных элементов, не могу с этим не согласиться. Начало века сопровождалось действительно всплеском терроризма, причем террор был направлен против представителей высшей элиты и убивали министров внутренних дел. И даже один пример: убили министра просвещения, убил студент-недоучка по вообще непонятным причинам. То есть, общество все время было на вулкане, в напряжении. И на это тоже власть должна была реагировать. И, может быть, даже слишком мягко реагировала. То есть, вот эти явления стали едва ли не нормой жизни. То есть, терроризм, если говорить современным языком, был очень заметным явлением, конечно.
С. БУНТМАН Конечно, причем непонятно, как один из признаков терроризма.
О. МАЛЫШЕВА С ореолом такой романтики определенной, это безусловно.
С. БУНТМАН Да, это власть непонятного страха, то есть, жертвой может быть любой, и не важно, чем провинился министр просвещения, скажем, или любой другой чиновник, важно, что он чиновник, министр, и просто фигура, которую стоит убрать.
О. МАЛЫШЕВА Более того, вот еще один момент, опять же, немножко забегая вперед, ведь известно, что в Государственных Думах, первых четырех, существовали, уже оформились, сложились парламентские фракции, и совершенно легально существовала, скажем, социал-демократическая фракция, в программе партии которой было записано в качестве основной задачи свержение строя. Тоже ситуация, которая нуждается в каком-то осмыслении. Они, правда, не по партийным спискам проходили, а по пропорциональной системе через предприятия, через рабочую и крестьянскую курию. Но они официально существовали, был руководитель фракции, и пользовались теми же правами неприкосновенности, что и остальные депутаты.
С. БУНТМАН Ну вот, возвращаясь к либералам, и отношения со всем обществом, зададим себе такой, наверное, неправильный вопрос: а могло ли существовать именно наличие экстремистских фракций, такой, как часть социал-демократической фракции в Думах разнообразных, могло ли существовать, если бы парламент в России появился не в ходе революции, а в ходе продуманных реформ? Могло ли это быть? Потому что здесь уже вынужденные ходы, это уже вынужденные ходы того же Николая, вынужденные ходы правительства по отношению к парламентаризму, то есть, все начало делаться само по себе, и только нужно было решаться подписывать во избежание худших катастроф. Вот, наверное, так, потому что в таких условиях еще появился парламент в России.
О. МАЛЫШЕВА Здесь, наверное, ответ вот в какой плоскости. Дело в том, что у нас создание парламента, будем называть парламентом, с оговорками, все-таки. Дума не была парламентом в классическом понимании этого слова. И мы об этом еще скажем обязательно. Так вот, создание представительного органа или учреждения парламентского типа опередило законодательное оформление политических партий. У нас были объявлены гражданские свободы, в том числе в Манифесте 17-го октября, о котором мы будем говорить, были провозглашена свобода политических партий, но закон о политических партиях так и не был принят до падения самодержавия. Поэтому, наверное, если бы была обратная последовательность, вот тот самый эволюционный путь, тогда, наверное, Дума была бы другой, и возможно, тональность ее отношений с властью была бы совершенно иной.
С. БУНТМАН Хотя, с другой стороны, так очень редко бывает. Всегда в таких странах как Россия на таком этапе появляется парламент и появляется свобода все-таки достаточно резким путем, обычно.
О. МАЛЫШЕВА Ну, рывок был значительный, безусловно. То есть, мы имеем то, что мы имеем.
С. БУНТМАН Да. Хорошо, мы возвращаемся к ситуации 905-го года, и все-таки, армия, флот, крестьяне, лето страшное, страшное лето 905-го года.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно согласна.
С. БУНТМАН Еще более страшная начинается осень, всеобщая забастовка, восстание, и так далее.
О. МАЛЫШЕВА Продолжу тогда вашу мысль. Действительно, температура общества повышается. Это бесспорно, но подготовка Думы затягивается, царь затевает особое, секретное совещание под своим председательством, где пытается разделить ответственность за этот действительно радикальный шаг со своим ближайшим окружением. Приглашаются представители правящей элиты, высшие чиновники, представители Государственного Совета, и даже к историкам обращается Николай Второй. Он приглашает на Петергофское секретное совещание Ключевского Василия Осиповича, с тем, чтобы получить какую-то историческую консультацию в плане действия представительных органов в истории российского государства. И первый вопрос, который был вынесен на это Петергофское совещание, они проходили в июле 905-го года, не навредит ли создание будущего представительного органа самодержавию. Мнения были очень полярными, споры были очень жаркими, и все-таки большинство участников совещания склонило Николая к решению согласиться на это представительство. Причем что удивительно, не только либералы, о которых мы уже сегодня говорили, Дмитрия Трепова трудно заподозрить в либерализме, но он сказал буквально следующее: что нужно создавать Думу, причем Дума, на каких бы основаниях она ни была создана, она все равно будет оппозиционной, потому что избранные люди будут всегда стремиться к расширению своих полномочий. Однако, убеждает он, правая рука Николая Второго, необходимо мириться с ограничением самодержавия и постараться обставить дело так, чтобы престиж самодержавия пострадал как можно меньше. И решение было принято в пользу создания Думы. Дальше уже обсуждаются очень детально вопросы и состава Думы, и формирования рабочих органов, и даже вопрос о том, нужно ли пускать представителей печати на заседания Государственной Думы. И в поддержку высказался Трепов, шеф жандармов, который сказал, представители прессы должны быть, мы будем знать, с кого и за что спрашивать. И уже в первой Государственной Думе около 100 периодических изданий были аккредитованы в Думе. Это тоже очень интересный сюжет сам по себе. Жизнь Думы была довольно гласной весь период ее существования. Николай цеплялся за вот всякую возможность уже здесь ограничить статус будущей Думы. Вот один пример: когда обсуждался, вдруг, ни с того, ни с сего он предлагает назвать Думу не Государственной, а этот термин, изобретенный в свое время Сперанским, был предложен в качестве названия этого представительного органа Булыгиным, так вот, не лучше ли, говорит Николай Второй, назвать Думу не Государственной, а Государевой? То есть, показать тем самым ее прикладной, что ли, характер. Но все кинулись его убеждать.
С. БУНТМАН Другая аналогия была, 18-й век, скорее.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно. Причем Николай очень настаивал на том, чтобы было как можно больше представителей крестьянского сословия. Довольно цинично крестьян называли ценным балластом, уповая на то, что в них сильны монархические настроения, что они в случае проникновения в Думу оппозиционных элементов помогут скорректировать курс, законодательную деятельность. Но как покажут дальнейшие события, эти надежды совсем не оправдаются. Итак, в результате деятельности вот эти особых секретных совещаний появился Манифест от 6-го августа 905-го года, о том, что в России лучшие представители земли Русской будут приглашены к участию в законосовещательной деятельности. То есть, характер деятельности будущей Думы, на фоне нараставших революционных событий был ограничен совещательными полномочиями. И это был, наверное, еще один просчет власти, поскольку даже участники совещаний петергофских, ну, скажем, такой крупный юрист начала века как Таганцев, он говорил о том, что действительно никто не думал по окончании работ петергофских совещаний, что дитя окажется мертворожденным, но все понимали, отдавали отчет, что оно слишком чахло, и вряд ли оно будет жизнеспособным.
С. БУНТМАН Здесь, наверное, можно ли сказать, что здесь в том, что Дума была с ограниченными достаточно полномочиями?
О. МАЛЫШЕВА Безусловно.
С. БУНТМАН Можно ли сказать о том, что это только усугубило противостояние?
О. МАЛЫШЕВА Безусловно.
С. БУНТМАН Потому что, не имея возможности ни законодательной мощной инициативы, ни претворения в жизнь своих решений, то, конечно, Дума начала заниматься, скажем так, параллельной деятельностью, то есть, искать выходы для собственной избранной энергии.
О. МАЛЫШЕВА Совершенно верно. Вот этот характер и статус будущей Думы не удовлетворил никого, ни консерваторов, которые вообще не хотели никаких на этом этапе переломном, революционном, уступок, ни либералов, которые получили нечто аморфное и не соответствующее уже настроениям того времени. Ведь не случайно современники, вот в дневнике жены бывшего министра внутренних дел Святополк-Мирской очень точная, на мой взгляд, фраза: «Россия февраля и Россия нынешняя», — а она эту запись сделала осенью 905-го года, — «это две разные страны». То есть, общество ушло намного дальше вперед, чем могла себе позволить власть. Отсюда вот, наверное, объясняет это то, что булыгинская Дума так и останется юридическим памятником эпохи, выборы фактически будут сорваны, события, о которых мы уже упоминали, событиями октября 1905-го года. Мы знаем о них как о Всероссийской октябрьской политической стачке, но должна сказать, что к участию в этих событиях примкнуло абсолютное большинство населения России. Бастовали все, — железные дороги, банки, не работала связь, не работали в городах общественный транспорт, магазины, аптеки, то есть, жизнь была парализована. И общество практически в ультимативной форме требовало сделать следующий решительный шаг: во-первых, расширить круг участников избирателей в Думу, поскольку в булынинскую Думу участие рабочих даже не планировалось, не предполагалось, а это мы знаем, на фоне революции была довольно серьезная политическая сила. Так вот, следующий шаг следовало делать на фоне событий октября 1905-го года. У Николая снова альтернатива, что делать: согласиться или попытаться навести порядок железной рукой, утопить в крови вот эту ситуацию, навести порядок с позиции силы. И он, опять же, принимает второе решение, он приглашает в Москву своего дядю Николая Николаевича, великого князя, боевого генерала, с тем, чтобы он мог навести то есть, фактически наделить его функциями диктатора и навести порядок в России. А еще один такой очень любопытный сюжет о том, что Николай Николаевич пока добирался из Москвы в Петербург увидел, что называется, и испытал на собственной, если так можно выразиться шкуре, все вот эти превратности вот этого тяжелейшего кризиса, который охватил страну, буквально его слова, сказанные на пороге кабинета венценосного племянника: или ты подписываешь конституцию, или я стреляюсь у тебя в кабинете. То есть, последняя точка опоры уходит из-под ног. И Николай с горечью запишет в эти дни в дневнике, на том, что вынужден подписать конституцию. «Не много нас было, которые боролись против нее, но силы оказались неравными». И он вынужден, вот опять же вынужден принять решение о даровании свобод другого порядка, придания законодательного статуса Государственной Думе, и вот тем самым и обязаны как раз появлением, пожалуй, наиболее значимого документа последнего царствования, это Манифеста 17-го октября 905-го года.
С. БУНТМАН Я думаю, о нем стоит поговорить достаточно подробно.
О. МАЛЫШЕВА Бесспорно.
С. БУНТМАН И вот то, что мы сделаем, может быть, даже больше и более внимательно стоит рассмотреть не событийную сторону. Да, конечно, мы говорили о том, что русско-японская война, естественно, поражение в ней, привело к очень многим, вызвало, во-первых, паралич армии и флота, которые и опора как раз государства, которое не могло не помешать, а наоборот спровоцировала очень многие волнения пятого-седьмого годов. Плюс еще паралич общества, который мы видели, его хозяйственной жизни, только нарождающейся в абсолютно современных условиях мы поговорим об эволюции, и о тех возможностях, которые были. Ведь именно тогда, наверное, все-таки Россия нащупывала в тяжелейших условиях формы, возможности общественной жизни, уже очень конкретно, очень предметно нащупывала, жизнь политических партий. Мы еще подойдем к самому концу царствования Николая Второго, подойдем к удивительным вещам, которые были в самоуправлении, подходили там, тоже потрясающие вещи, которые, ну да, Финляндия на пример, как это может действовать и развиваться до сих пор, до сих пор ведь существуют принципы самоуправления, которые были в России, ближе уже к Первой мировой войне. Вот это, наверное, мне кажется, что это самое предметное и интересное даже, не столько какие-нибудь распутинские тайны.
О. МАЛЫШЕВА Безусловно.
С. БУНТМАН А вот то, что Россия пыталась нащупать в тяжелейших условиях, потому что это как раз внушает определенные надежды и опыт, только надо им воспользоваться. Но вот сейчас несколько минут у нас осталось в этой передаче. Итак, 905-й год тяжелейший завершается. Все-таки, Манифест 17-го октября, важнейший документ, все-таки у него было действенное значение некоторое. Будет еще декабрьское восстание, будут события в Москве, тяжелые вещи. Но все-таки, какой именно, какого качества толчок дает Манифест и те свободы, которые в нем?
О. МАЛЫШЕВА Очень верно вы подметили о значимости этого документа, поскольку до сих пор даже юристы пытаются выяснить природу его. Часть склоняется к тому, что это была конституция. Некоторые более осторожны в выражениях, и определяют его, скажем, как декларация о конституционных намерениях. Всего три позиции. Документ сам по себе меньше страницы текста, но он действительно перевернул историю России 20-го века. Император расширяет первым пунктом круг избирателей в Государственную Думу, значительно расширяет, в том числе рабочие получают доступ к избирательным урнам. Во-вторых, даруются гражданские свободы на основе свободы совести, слова, политических партий. То есть, прорыв совершенно радикальный. Ничего похожего, помните, «бросьте бессмысленные мечтания» в начале царствования и даже в начале 905-го года «глупо и нахально». И сейчас прорыв. Это был, конечно, очень важный момент. И, пожалуй, самое главное, император берет на себя обязательства не принимать более ни одного решения без Государственной Думы. Вот у юристов есть такое понятие, актроированная конституция, то есть, дарованная сверху.
С. БУНТМАН Дарованная, да?
О. МАЛЫШЕВА Да. Так вот, по третьей этой позиции, по третьему этому пункту можно сопоставить, опять же с оговорками определенными, действительно царь идет на самоограничение. Другое дело, что это было принято в момент наивысшего напряжения. Нужно было расколоть общество, оторвать часть, которая готова с властью от революционных событий. И это удастся, забегая вперед, скажем. Но, тем не менее, вот такая знаковая оценка событий очень, на мой взгляд, высока, и документ не случайно этот до сих пор вызывает очень серьезное обсуждение, рассуждение и, пожалуй, даже споры. Но я бы, все-таки, думала, что, вот примыкая к большинству исследователей этого периода, историков в том числе, расценивать его как акт о конституционных намерениях. Поскольку будут события 907-го года, которые если не перечеркнут, то сильно скорректируют действия и суть этого Манифеста. Но мы об этом, по-видимому, будем говорить уже в следующий раз.
С. БУНТМАН Да, конечно, на следующей передаче мы об этом поговорим. Но сейчас, наверное. стоит заметить, что если б это было сразу, скажем, на волне не то что успеха, а события самого, если бы пошла очень серьезная работа по развитию. Бывают конституции и поменьше такого Манифеста.
О. МАЛЫШЕВА Безусловно.
С. БУНТМАН Да, а потом в них вносятся и поправки, и добавления. Бывают гигантские документы, которые под давлением подписываются, как Великая хартия вольности.
О. МАЛЫШЕВА Да.
С. БУНТМАН Но сразу динамики нет, дальше нет развития. Вот именно документального.
О. МАЛЫШЕВА Ну, в этом и особенность этого периода, и специфика, поскольку нужно было расколоть общество, привлечь на свою сторону сторонников. И власть сумела, потому что вспых совершенно конституционных иллюзий, общество ликует, поздравляют друг друга либералы с тем, что Россия стала наконец-то конституционной монархией, и очень в значительной степени вот эти настроения, иллюзии окажутся преждевременными и не подтвердятся.
С. БУНТМАН Хорошо. Мы это рассмотрим в следующий раз, в передаче, посвященной Николаю Второму. Это последний цикл передач «Династия Романовых». И ведет ее Ольга Малышева. Спасибо, до следующей субботы.
О. МАЛЫШЕВА Спасибо. До свидания.

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс