Федор Алексеевич Романов

Стенограмма передачи “Не так” на радиостанции “Эхо Москвы”

22 сентября 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» историк Александр Лаврентьев.
Эфир ведет Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН Мы продолжаем нашу серию программ «Не так» совместно с журналом «Знание-сила», серию о русских монархах, о династии Романовых, которую мы начали прологом из Смутного времени, с патриарха Филарета. И мы дошли уже, пройдя через Михаила Федоровича Романова, через Алексея Михайловича, мы подошли к прологу нового смутного времени, к старшему сыну Алексея Михайловича, к Федору Алексеевичу. Александр Лаврентьев у нас сегодня в студии. Александр, добрый день.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Добрый день.
С. БУНТМАН И сегодня мы будем говорить, на мой взгляд, о чрезвычайно странном монархе. На его фигуре последнее время существует очень много не то что спекуляций, а разных вот таких вот о построении гражданского общества в России говорит.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Наблюдение ваше абсолютно верное, связано с тем, что историческая наука, как и все общество, переживает сейчас достаточно непростой период своего существования. И один из очень распространенных приемов, говорить о том, о чем раньше говорилось в одной тональности, прямо в противоположной. Вы уже проходили сюжет с Михаилом Федоровичем Романовым, достаточно хорошо известно, что это был государь малосамостоятельный. Никто в этом не сомневался, хотя бы потому, что добрую половину своего правления он правил при жизни своего отца, что вообще, на самом деле, ненормально. Тем не менее, есть абсолютно осознанные работы, где пытаются доказать прямо противоположное, что это был замечательный монарх, крепкая рука, отец отечеству. Вот в этом смысле, у Федора Алексеевича похожая репутация, плюс ее еще подогревает соседство младшего брата Петра I.
С. БУНТМАН Ну, да, бедный Иоанн, о котором никто Кстати, я не уверен, что про Ивана Алексеевича не будет самый несчастный был-то Иван Алексеич, был главной пружиной каких-нибудь реформ, окажется. Вот и все. Тайной, нет?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, такого рода технологии, они просто предполагают тот метод возвышения или наоборот, понижения роли личности в истории, о котором вы так удачно заговорили, с которого вы начали.
С. БУНТМАН Хорошо, давайте пока мы послушаем то, что подготовил Николай Александров. И мы попробуем за две минуты вспомнить, кто такой Федор Алексеевич, а потом начнем, и вместе с вами, и вместе с Александром Лаврентьевым о нем рассуждать, о Федоре Романове.

Пятнадцатилетним мальчиком 18-го июня 1676 года сын Алексея Михайловича и Марии Ильиничны Милославской, Федор Алексеевич, вступил на российский престол. С детства он был болезненным, слабым, да и обстановка в царском доме здоровой назвать было трудно. Сестры нового государя ненавидели мачеху, Наталью Кирилловну и ее родственников. Царевен поддерживали Милославские. Наталью Кирилловну Артамон Матвеев, ее воспитатель и самый сильный человек в последние годы царствования Алексея Михайловича. Однако, несмотря на физическую слабость, царь Федор был человеком не без дарований. Его учителем был поэт и богослов Семен Полоцкий. И их молодой царь знал древнегреческий, латинский, польский языки, слагал вирши, подобно отцу своему увлекался музыкой, певческим искусством в особенности, и сам сочинил некоторые песнопения. Вообще был он любознателен, любил читать, поддавался мысли Полоцкого образовать высшее училище в Москве, и стал одним из инициаторов создания Cлавяно-греко-латинской академии. В 1680 году Федор Алексеевич женился на Агафье Грушецкой, девице из рода незнатного и, как говорили, по происхождению польке. Во всяком случае, при дворе московском стали входить польские обычаи: начали стричь волосы по-польски и учиться польскому языку. Брак был недолгим. В 1681 году царица Агафья умерла от родов, а следом за ней и новорожденный младенец, крещенный под именем Ильи. Сам царь день ото дня ослабевал, болезнь все более давала о себе знать. Федору Алексеевичу шел 21-й год. Он вступил в новый брак с Марфой Матвеевной Апраксиной, родственницей одного из царских любимцев, Ивана Максимовича Языкова. Молодая царица в короткое время приобрела столько силы, что примирила царя с мачехой, Натальей Кирилловной и царевичем Петром, с которыми, по выражению современника, у него были «неукротимые несогласия». Впрочем, недолго пришлось жить царю с молодой женой. Он скончался 2 месяца спустя после свадьбы, 27 апреля 1682 года, два дня спустя в Москве начался стрелецкий бунт.

С. БУНТМАН Николай Александров нам подготовил вот такой краткий рассказ о жизни Федора Алексеевича. Все ли умещается в эту несчастную судьбу болезненного и вполне просвещенного юноши на российском троне, на московском?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, разумеется, жизнь всегда была богаче даже самого подробного рассказа. Тем более о такой закрытой для большинства материи, как российские государи. Я, все-таки, хотел сказать пару слов о тех проблемах, с которыми сталкивается всякий историк, занимающийся, например, персональной историей России допетровской эпохи. Дело в том, что вообще внутренний быт царской семьи был настолько закрыт от общества. Точнее, он был явлен обществу определенной строго церемониальной стороной, что все рассуждения и предположения о тех или иных качествах персонажей, зачастую строятся либо на мемуарах иностранцев, которые, в свою очередь, сами кормились слухами. То есть, проще говоря, мы далеко не всегда можем сказать о личности что-то большее, чем нам говорят официальные документы. А вы понимаете разницу между документом и каким-то живым восприятием того или иного персонажа. Но, конечно, есть персоны типа Ивана Грозного, их отпечаток и следы их деяний
С. БУНТМАН Личного присутствия на вершине власти.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, персонального. Плюс к этому Россия была монархией, и, само собой разумеется, тут без характера государя вообще нечего говорить. Но, так или иначе, разумеется, было несколько моментов, которые делали Федора Алексеича персонажем абсолютно ни на кого не похожим. Ну, было сказано абсолютно верно про вирши. Я, честно говоря, не помню ни одного монарха, ни до, ни после Петра I, который бы баловался, баловался, подчеркиваю, рифмотворчеством. А за Федором есть два весьма профессионально сделанных переложения псалмов царя Давида. Они изданы, между прочим, в типографии Семена Полоцкого, того самого учителя, который обучал его языкам и премудростям. Что касается музыки, это тоже полная правда. Позволю себе воспоминания далекого детства. В шестидесятых годах одним из первых моих приобретений были пластинки с записью хоровой капеллы Юрлова. Те, кто знает музыку, наверное, помнит. Это было практически единственное издание древнерусской музыки, сделанное в советские времена. Так вот, я там нашел хоровое сочинение, озаглавленное, и композитор царь Федор.
С. БУНТМАН Царь Федор.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, именно так это было там названо. Федоров у нас было, как известно, все-таки, больше, чем один. Ну, два, как минимум, а не венчанный, третий Федор, Борисыч, я имею ввиду, Годунов. Пришлось залезать в энциклопедию, и обнаружил неожиданно, что, например, в Детской энциклопедии, он просто не упоминался, тогдашней. Ну, это другой вопрос. Так или иначе, вспоминая об этом персонаже, больше всего приходят в голову какие-то яркие черты личности, явленные в таких мелких, но неожиданных, я бы сказал, сторонах этого персонажа.
С. БУНТМАН Ну, все-таки, вот сейчас мы смотрим на него, мы потом поговорим, что собой представляла Россия, и политическое ее устройство, и внешняя политика России в эти недолгие годы правления Федора Алексеича. То, что не было не только в детской энциклопедии, но и как-то пробросом было в учебниках, по которым учили в школе. Как-то Федор Алексеич был пробросом. То есть какой-то маленький коридорчик между Алексеем Михалычем и смутным временем и Петром. Вот смутным стрелецким временем, второе вот, где есть мощная Софья, где есть маленький такой Иван Алексеич, где есть стрельцы, и потом Петр всех заслоняет и пошли-поехали дальше. Федор Алексеич, это вообще почти не существующее время, на том, как мы и говорили, строятся такие, достаточно поверхностные и далеко идущие вместе с тем исследования Федора.
Бога ради! «Буду спорить с вами», — говорит нам Александр, — «царь Федор Алексеич в 81-м году заключил Бахчисарайский мир, далее он основал Cлавяно-греко-римскую академию, первое высшее учебное заведение» Александр, второе никто не отрицает, участие в Бахчисарайском мире, это мы еще посмотрим, какова роль самого Федора. Давайте сейчас останемся в просвещении, в этой части. Все-таки, это не баловство, и не просто домашний учитель Симеон Полоцкий. С Юго-Запада идет очень интересный цивилизующий момент в Россию. Мощный поток поэзии, знаний, философии, которая плохо рассматривалась тогда, в 17-м веке. Какое его значение, что он предопределяет собой? Я не знаю, по-моему, много.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Безусловно, очень много, но сейчас принято о таких персонажах говорить знаковая фигура. Безусловно, когда мы говорим о самом времени, в котором жил Федор Алексеич, жил Семен Полоцкий, это было время, безусловно, совершенно неожиданное для российской истории. Время изменения в некотором смысле принципиальных основ бытия. Время между двумя эпохами, потом прочно закрепившейся в преобразованиях Петра I, давшего России новое лицо. Ну, и надо помнить, конечно, еще одну очень важную вещь. Что такое вообще была Украина, Белоруссия, Польша для России этого времени. Это были социумы, это были культурные такие напластования, через которые Россия в значительной мере приобщалась к опыту политической и культурной жизни европейских государств.
С. БУНТМАН Даже невольно и неохотно. Как, как, вольно, невольно?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ И вольно и невольно. Видите, история — штука коварная, она тащит за собой иногда. Если сказал а, говори б. Если ты хочешь быть субъектом международной политики, международных отношений, изволь соответствовать. Нельзя не соответствовать. Надо сказать, что российское общество, при всем его консерватизме, старалось это делать, об этом много сказано, я просто не буду повторять общих вещей. Возвращаясь к Симеону Полоцкому и к этой ситуации, надо просто помнить, что польский язык, тем более на русские наречья там, будущие белорусский, украинский языки это были языки, абсолютно доступные русскому человеку даже на слух. Аналогичным образом в древнейший период русской истории, во времена принятия христианства, между прочим, на Руси тоже была культура-посредница, как ее называл Дмитрий Сергеевич Лихачев. Это была культура и язык Болгарии. В этом смысле западнорусское влияние для 17-го века очень трудно переоценить. В конце концов, на польском существовала богатая литература по политическим вопросам. И именно она попадала в Россию, где, повторяю, с языком не было проблем. Но, возвращаясь к Симеону Полоцкому, само назначение ученого монаха в учителя одному из царских сыновей, это был вообще акт довольно неожиданный. Достаточно хорошо известно, кто учил царских детей грамоте, это были дьяки приказные. И ученый монах, книжник, это был здравый выбор царя Алексея Михайловича. Да, безусловно, они были знакомы лично.
С. БУНТМАН Что он этим хотел сказать, Алексей Михалыч?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, вообще, Алексей Михалыч, надо сказать, относился к воспитанию детей и наследника престола очень серьезно. Вот мы сейчас вспоминаем Федора Алексеича, но, наверное, менее известно, что у него был старший брат, невероятно талантливый юноша, которого звали Алексей Алексеич. Его воспитывали также как и его младшего брата, учили языкам. Вообще, на него возлагались большие надежды, и юноша, похоже, их оправдывал. К сожалению, он скончался в 16-тилетнем возрасте. И вообще романовское потомство мужское, за редким исключением, не отличалось крепким здоровьем. Петр, в этом смысле, это нечто особое. Поэтому Симеон Полоцкий в царской семье, это был не случайное стечение обстоятельств, а здравый выбор отца. Кого отец выбирает в учителя, это в значительной степени определяется вкусами самого отца, пристрастиями, интересами. Но других примеров такого рода мы не знаем ни в 17-м веке, ни в более ранние эпохи.
С. БУНТМАН Да, Федор Алексеевич. Вот тоже, кстати говоря, становится царем достаточно неожиданно. В каком году умер Алексей Алексеевич?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Алексей Алексеевич скончался за 4 года до кончины отца.
С. БУНТМАН Насколько интенсивно стали после этого готовить Федора на царствование?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, трудно об этом сказать. Я с самого начала произнес такую фразу, о том, что жизнь царской семьи была очень закрыта, и что происходило во дворце мы мало знаем. Интенсифицировались ли занятия или нет, трудно сказать. В любом случае, говорят, что юноша вступил на царский престол 15-летним, это абсолютно правда, ну надо сказать, что и Михаил Федорович Романов был не старше, точнее, старше, конечно, на год. А вообще, что касается 15-летнего возраста, то для мальчиков в России 17-го века это был возраст мужской зрелости. В это время дворяне садились на коня и верстались на службу. В это время в приказы брали в подьячие младших статей, то есть на самую низшую ступень. И в этом смысле какого-то колоссального возрастного барьера между обязанностями, скажем, государя на престоле, и обязанностями дворянина, воевавшего именно в 15-летнем возрасте, целиком наравне со взрослыми мужчинами, очевидно, не существовало. Поэтому на Руси особенно не отмечали, что он был особо уж молод.
С. БУНТМАН А что отмечали, когда он вступил? Вот долгое правление Алексея Михалыча, бурное достаточно, несмотря на то, что он Тишайший. Чего ждут, есть ли документы, чего ждут от Федора?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Трудно сказать что-нибудь об общественном мнении, у нас нет каких-то особенно интересных источников, которые могли бы сказать чего общество ожидало. Но общество, в любом случае, всегда ожидало, я думаю, продолжения традиции царствования. Надо сказать, что это всегда в России упиралось. И в этом смысле правление царя Алексея Михалыча, несмотря на все события, — там были достаточно серьезные потрясения, вроде, например, медной реформы, неудавшейся, — все-таки, воспринималось общественным мнением, судя по всему достаточно позитивно. И если бы сын повторил хотя бы то, что сделал отец, наверное, это бы всех устроило. Вообще, тут есть очень большой, очень сложный вопрос, а до какой степени общество вообще ждало каких-то реформ? Реформы эти требовались обществом, или это просвещенный государь, я в данном случае имею ввиду, Федора Алексеича, должен был проявить инициативу. Или, скажем, менее просвещенный, но более энергичный, точнее формулирующий цели и задачи своего правления Петр I потом взялся за это дело, засучив рукава. Трудно сказать. Ну, если вы помните роман Алексея Толстого, то там многое проходит под лозунгом того, что Россия пребывала в тяжелом состоянии, кризис, мужики бегут, голод. Ну, не знаю, нет никаких особенных оснований считать, что страна в это время переживала какие-то бедствия, сопоставимые с бедствиями, предшествовавшими Смутному времени. Во всяком случае, современники ничего об этом не говорят. Поэтому, я думаю, от него ждали того же, что ждали от его отца продолжения правления достаточно спокойного. При этом стабильность в обществе ценилась достаточно серьезно в это время.
С. БУНТМАН Тем не менее, Федор Алексеич запомнился несколькими актами, которые были сделаны или им самим, или при участии тех людей, которые определяли тогда политику.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, вот это вот очень точно заметили в конце. При участии или им самим. Это тоже вопрос сложный, но отставим его. Об одном, как минимум, факте стоит сказать. Это отмена местничества, так называемая.
С. БУНТМАН Ох, сколько на этом Вот, в скобках скажем, что на этом строится целая огромная теория, связанная с той же самой новой хронологией. Что Романовы специально уничтожали историю России для того, чтобы написать свою собственную историю и для того, чтобы доказать свое право и с чистого листа все это делать. Что мы и расхлебываем до сих пор. Ну, так как это было занятие всемирное, с точки зрения фоменковцев, то это только часть заговора. А по сути дела, что это?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ По сути, речь шла об очень серьезной попытке внести реформы и упорядочить службы правящего класса. В России, в монархической России, да и не только в ней, правящий класс, элита, как сейчас выражаются, это, собственно, и была опора, становой хребет нации. От того, до какой степени она обустроена и направлена в нужное русло, зависело самочувствие страны. Вот, собственно говоря, отмена местничества и была попыткой такого рода упорядочения царских служб среди дворянского класса. О чем, собственно, шла речь. Класс должен был регулировать сам себя. Он должен был отторгать лишнее, грубо говоря, продвигать по службе достойных. И местничество, то есть разного рода случаи, которыми дворяне обменивались как прецедентами, выясняя отношения, кто выше кого сидит, и кто, соответственно, на какую должность в этой ситуации претендует. Это и была форма такой регуляции состояния внутреннего класса. Форма очень архаичная, само собой. Это вполне годилось для ситуации эпохи Ивана Грозного. Местничество, конечно, играло огромную роль для дворянского класса. Это были совсем не капризы, которыми обменивались два человека, сойдясь между собой. Но пришло время, и надо было служить по-другому. Собственно, принципиальный шаг в этом направлении сделал Петр I табель о рангах. Это, по сути, продолжение той же самой линии, которая была начата при Федоре Алексеиче. Для того, чтобы появился табель о рангах, чтобы ввести что-то принципиально новое, надо было уничтожить старое. Вот это уничтожение и произошло, чисто физическим способом.
С. БУНТМАН Почему упразднение местничества было так необходимо тогда и кто этим занимался? Не Федор же сам это решил.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Разумеется. Во-первых, надо сказать, что решение было коллегиальным. Отмена местничества была одобрена органом управления, который можно считать, в известном смысле, конечно, предшественником будущего сената или там каких-то иных выборных органов, назывался он в России Земский собор. Это был представительный орган от сословий за исключением крепостных крестьян. И сословия отмену местничества одобрены. И книги, в которых были записаны местнические случаи, а также так называемые разрядные книги, это документ, в котором фиксировалась служба дворян, как правило, по военному ведомству были сожжены. Но, естественно, дворянский класс не мог существовать без фиксации собственных рядов. Это нонсенс, на самом деле. Поэтому вместо этого враждотворного местничества, тех книг, к которым прибегали дворяне для того, чтобы спорить о своем положении при назначении в чины, вместо них было организовано составление так называемой бархатной книги, в которую заносились роды российских дворян. Для этого был сформирован даже специальный орган, Палата родословных дел. Надо сказать, что дворяне очень охотно откликнулись на это нововведение. Подавали сказки, как тогда называли документы, с собственными родословиями, иногда фантастическими, иногда достаточно точными, документальными. Эти родословия составляли когда-то целый архив, он хранился в Кремле, увы, значительная часть его пропала в 1812 году во время наполеоновского нашествия. Сейчас от этого родословного дворянского архива осталась небольшая часть сравнительно. Но, вот русские историки 18-го века, Новиков, в частности, этот архив видели и описывали его как сокровищницу сведений о российском дворянстве, так что потерю эту можно оплакать. Возвращаясь же к местничеству, надо сказать, что акт этот был достаточно смелым, потому что он выбивал из дворянского сословия иные формы спора за место в обществе, кроме как служебные. Но, с другой стороны, он опирался на определенную традицию. Поскольку местнические споры были делом регулярным, и не всегда вообще были уместны, например, перед началом военных действий назначают воевод в полке, а воеводы начинают местничать, то есть, объяснять, кто под кем не может ходить. Аналогичные ситуации были даже на царских свадьбах. Один из летописцев русских, 17-го века, подьячий Григорий Котошихин, пишет о том, что стоять на своем, было для местника делом чести. Он был готов пострадать, даже специальная формулировка существовала, в которой он говорил, что государь волен с ним все сделать, но вот он ниже такого он сидеть или там служить не будет. Повторяю, даже на царских свадьбах такое бывало. Теперь отмена местничества снимало сам вопрос о местнических спорах. Разумеется, это все не просто уложилось там одним указом. Так или иначе, это был важнейший шаг, который предшествовал реформе дворянского сословия, сделанной Петром.
С. БУНТМАН «Существует достаточно устойчивое мнение», — как Юля, наша слушательница пишет, — «были сожжены разрядные книги, в которых содержались все сведения о происхождении русских боярских родов, лишь после этого появились разряды от Рюрика, массово сжигались книги, уничтожались архивы русской истории. Поэтому назвать Федора Алексеевича истинно русским монархом нельзя, так я считаю» Выводы оставим, что такое русский, что такое нерусский. Дело не в этом. Уничтожалась ли история родов? Подменялась ли она?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, с Юлей я соглашусь частично, я, так же как и она, оплакиваю сжигание этих самых книг. Конечно, с точки зрения истории нашего отечества, было бы лучше, если бы их заперли на замок куда-нибудь в дальнюю комнату царского дворца и наложили запрет на их пользование.
С. БУНТМАН Или они не имели бы силы для разрешения споров.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Но, судя по всему, для того, чтобы они не имели силы, надо было произвести более серьезные изменения, которые при царе Федоре Алексеиче сделаны не были. Вообще, немножко забегая вперед, скажу, что это была не единственная попытка изменить что-то в России принципиально, то, так или иначе, все они были достаточно локальными явлениями, ибо им не хватало той самой перспективы. Такого рода изменения принес Петр I, но это к слову сейчас. А вообще, возвращаясь к тем же самым книгам, это потеря невосполнимая. Но, с другой стороны, надо сказать, что она резко активизировала, например, интерес дворянства к собственной истории. Вообще, это любопытный очень сюжет о самосознании русского дворянина. Как он себя воспринимал. До какой степени тут присутствовало знание собственных корней, собственной семьи, истории своей. Да, в дворянских родословных регулярно встречаются легенды. Но хочу сказать, что легендарна и история Рюриковичей на начальных этапах. Там есть иногда просто смехотворные сюжеты. Но, так или иначе, надо заметить, что в дворянских семьях, даже самых незаметных существовали свои представления о древности рода и об истории его. С какого-то момента они были документированы, до какого-то момента это были легенды и предания, как и в наших семьях до сих пор. Вот это все и было собрано.
С. БУНТМАН Ну, а скажите, чтоб покончить вот сейчас, покончить с разрядными книгами он уже покончил.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, они уже сгорели.
С. БУНТМАН Покончить с темой. Было ли там такое, что сейчас обнаружься они, восстань они их пепла, коренным образом изменило бы представление об истории России.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Не уверен, что коренным. Но, что там было, наверняка, много интересного, в этом сомнений никаких нет.
С. БУНТМАН Но интересного, это не означает, что история была бы просто другая, чем сейчас.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Нет, конечно. Вообще, я слабо верю, что может появиться что-то такое, что одним росчерком пера перечеркнет все, что мы знаем о нашем прошлом. Обогатит да, разнообразит — безусловно, какие-то новые краски добавит. Но тут я позволяю себе быть несколько консервативным в этих ожиданиях.
С. БУНТМАН Мы сейчас посмотрим на эпоху царя Федора и продолжим наш о нем рассказ.

Трудно сказать, насколько самостоятельным был в своих начинаниях юный болезненный царь Федор. Но, как бы там ни было, за время его правления в России был проведен целый ряд самого разного вида реформ, главной из которых было, конечно же, уничтожение местничества. Но дело местничеством не ограничивалось. В 1679 году царь издал указы и распоряжения, прекращавшие злоупотребления и запутанность в делах по владению вотчинами и поместьями. На следующий год было предпринято межевание вотчинных и помещичьих земель, вызванное желанием прекратить споры по поводу рубежей, доходивших очень часто до драк между крестьянами споривших сторон и даже до смертоубийств. В 1681 году был издан закон об отнятии спорных земель у тех владельцев, которые начнут самоуправство и будут посылать своих крестьян на драку. При Федоре был издан указ против роскоши, в котором для каждого сословия устанавливалась не только одежда, но и число лошадей для выезда. Были уничтожены откупа на винную продажу и таможенные сборы. Состоялся указ о созвании Собора для устроения и управления ратного дела, в котором было сказано, что в прошедшие войны неприятели московского государства показали новые в ратных делах вымыслы. И надлежало рассмотреть эти нововымышленные неприятельские хитрости и устроить войско сообразно, то есть, по европейскому образцу. Наконец, в годы правления Федора Алексеевича, продолжилась война с Турцией и Крымским ханством за правобережную Украину. В результате правобережная Украина присягнула на верность России, а в 1681 году война с Турцией окончилась перемирием, заключенным в Бахчисарае.

С. БУНТМАН Вот вам и Бахчисарайский мир, Николай Александров этим завершил свой рассказ, но после того, как упомянул ряд очень важных начинаний. Я бы не сказал свершений, а начинаний, скорее, у Федора.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Я согласен с уточнением терминологическим. Начинания, безусловно. На самом деле, любое из этих начинаний было, может быть, важнее своим фактом своего появления на свет интереснее для российской истории, нежели результатами. Потому что ни одно из них не стало столь же важным, принципиальным переломом, каким явились аналогичные реформы, сделанные Петром I. Что мы ни возьмем, военную реформу.
С. БУНТМАН Да, смысл тот же.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, конечно, да. В этом отношении, возвращаясь к началу нашего разговора, безусловно, Россия была беременна переменами, но процесс этой беременности был достаточно длинным, очевидно. И поиск путей и темпов, даже не путей, а темпов, может быть, и методов выхода на какие-то новые рубежи, он, безусловно, начинался на старом, традиционном уровне. И, собственно, говоря, наверное, ничего нового в этом отношении царствование Федора Алексеевича, сравнительно с эпохами, предшествовавшими каким-нибудь иным реформаторским начинаниям, ну, скажем, Франция эпохи Людовика XV, например, перед французской революцией, она вряд ли отличима. Но, для русской истории, конечно, принципиально важно сама попытка, то, что задумались о том, что надо искать какие-то новые формы. Но, повторюсь еще раз, если бы мы еще дождались результатов и воплощения, причем, воплощения такого, которое бы твердо можно было бы считать результатом такого рода реформ. Вот тогда было бы замечательно. Что этому помешало? Ранняя ли кончина государя и следующие потом события, известный Стрелецкий бунт, вообще, много чего началось нового. Трудно сказать. Но, во всяком случае, направление, вектор был задан. О темпах можно говорить сколь угодно долго.
С. БУНТМАН Хорошо. А кто были соратники Федора, кто были его сотрудники в этих начинаниях? Что в военной реформе, что в гражданской, что в территориальной реформах? Вот кто были люди, которые ему помогали? Или, скорее, разрабатывали. Я не думаю, что он сам делал в таких масштабах.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Ну, безусловно, разумеется. О его соратниках мы, к сожалению, знаем гораздо меньше, чем о соратниках Петра I, хотя, безусловно, это были достаточно яркие личности. Но, вообще, в монархической стране, такая посылка, что соратник, это преданный лично человек, поэтому очень хорошо известен, например, кружок людей, которые стояли близко к государю. Тот же самый Иван Языков, который уже упоминался. Надо сказать, что он носил достаточно скромный чин придворного, постельничего. Он не заседал даже в боярской Думе, между прочим, но у него было другое отличие, он был у государя. Человек у государя имеет право, точнее возможности, влиять на события. Аналогичным образом речь может идти о стольнике Лихачеве, тоже человеке государю очень близком, близком по каким-то личным контактам, не более того, но плюс к этому, Лихачев был причастен к воспитанию царевича Алексея Алексеича. Хорошо известно, что у него была очень любопытная библиотека, есть специальная работа. Вообще, это был персонаж яркий достаточно, но о них, увы, можно сказать приблизительно то же самое, что о российских государях. Яркие лица их скорее угадываются, чем прописываются более или менее крупными штрихами. Но зато о ком можно совершенно твердо сказать, что его карьера, его звезда стала восходить в это время, это, конечно, князь Василий Васильевич Голицын.
С. БУНТМАН Вот! Только хотел спросить, где же в это время Василий Васильевич Голицын существует.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Он начал свою карьеру в это время. Вообще, надо сказать, что, разумеется, звездный час его наступил позже.
С. БУНТМАН Наступит в следующей нашей передаче, когда мы царевной Софьей и вот этим временем, Смутным.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Но Василий Голицын столь яркий персонаж, что вполне заслуживает отдельной передачи вообще. Так или иначе, будущий ближний боярин и государственной печати оберегатель, воевода. Дальше не буду перечислять его титулы, начинал свою службу при Федоре Алексеевиче. И, поскольку принадлежал к сливкам российской аристократии, он был все-таки Гедеминович, из очень хорошего рода, то тут, собственно говоря, дело зависело, — не только у него, вообще у всех, — от того, насколько он попадет в фавор в этом отношении Василий Голицын может держаться в придворных стольниках. А стольников при дворе было 500 душ.
С. БУНТМАН 500?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, это была такая опора государева двора. С одной стороны, те, из кого рекрутировались чины на повышение, с другой стороны, дойдя до стольников, можно было в них и задержаться, причем, задержаться на всю жизнь. Есть замечательный пример, когда в стольниках ходили, по нашим понятиям, до пенсии. Но в этом смысле, попадавшие в стольники, а Василий Голицын был именно таким к началу правления, он мог и задержаться, но не задержался, к счастью. Он очень удачно проявил себя в военных действиях, будучи воеводой в полках. Война на Украине упоминалась в исторической справке, и звезда его пошла вверх. Ну, вот, это те самые лица, близость которых совершенно очевидна. Были люди, просто вряд ли когда-нибудь встречавшиеся с государем, ну, скажем там, был такой замечательный человек, монах Сильвестр Медведев.
С. БУНТМАН Сильвестр Медведев, поэт прекрасный?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, великий, замечательный поэт, очень яркая личность. Увы, не он один из интеллигентов, замешавшийся в политическую историю, сложивший, в конце концов, свою голову на плахе. Это будет уже следующее царствование, позже. Сильвестр Медведев был учеником Семена Полоцкого, человек, который очень много сделал для открытия первого высшего учебного заведения в России. Именно в 1681-м году, за год до кончины Федора Алексеевича была подписана так называемая привилегия на открытие Славяно-греко-латинской академии, первого высшего учебного заведения России. Можно сколько угодно говорить о том, что, по сравнению с европейскими университетами, круг наук, который там преподавался, был очень архаичным. На самом деле, во многих европейских университетах пошли дальше, а тут преподавалось только семь свободных искусств, то есть, цикл, собственно, родившийся еще на заре раннего средневековья. Но и недооценивать этот факт было бы, по меньшей мере, конечно, странно.
С. БУНТМАН Это не повод не открывать школу, Славяно-греко-латинскую академию, ну и что, что отстает, зато она есть, с этого пошло. Хорошо. Да, просвещение да, все это идет. Все-таки, почему все так обрушилось, когда умер Федор? Только ли по династическим причинам? Какова роль этого противоборства Нарышкиных-Милославских? Мы не преувеличиваем ли ее?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Боюсь, что нет. Я уже употребил тут термин один, о высокой степени персонификации власти в России. При таком подходе совершенно очевидно, что очень много зависит от такого простого факта, а сколько мужчин в правящей династии. В России получалось так, что к моменту кончины, причем, довольно долго так получалось, на протяжении почти полутора столетий, к моменту смерти правящего государя, у него оставался единственный наследник. Это, во-первых, а во-вторых, если не считать эпохи Ивана Грозного, который, как известно, сменил семерых жен, правда дети у него были всего от двух, то здесь у нас случилась аналогичная ситуация. Как известно, Алексей Михалыч был дважды женат. И ничего удивительно, что при дворе сформировалось две партии. Надо сказать, что вообще слово партия, применительно к политической истории, первый раз употребляется, между прочим, именно в это время. Партия Нарышкиных и партия Милославских это термин 17-го века. Партии эти были сформированы по принципу родства, разумеется, и трудно говорить о каких-то политических программах. Я бы, во всяком случае, не взялся этого делать. Но, так или иначе, борьба за власть сама по себе была, очевидно, политикой. Она сама по себе рождала какие-то отношения внутри российского государства. И не случайно тот стрелецкий бунт, о котором мы говорим, был одним из ярких примеров такой партийной борьбы. Когда эта партия, в данном случае Милославские, искала себе опоры в обществе и нашла ее. Надо сказать, что весь стрелецкий бунт родился еще при Федоре Алексеиче. Одним из последних актов, которые государь, — ну, не будем говорить подписывал, тогда наши государи не подписывали ничего, — ну, так, конфирмо, вот изящно выразимся, была коллективная челобитная московских стрелецких полков на одного стрелецкого полковника, такого Степана Грибоедова. Стрельцы жаловались на тяготы несения службы под его руководством. Но тут даже не суть важно, что там было прописано, что полковнику инкриминировалось. Федор Алексеич согласился со смещением Степана Грибоедова с поста со ссылкой его. И, судя по всему, это было очень на руку Милославским, которые во время стрелецкого бунта, вспыхнувшего практически сразу же после кончины царя, указывали, в том числе, на то расположение Милославских к стрельцам, которое проявил скончавшийся государь. Так что, в известном смысле, как бы случай частный, а формирование этой будущей коалиции, такой странной, правящей московской элиты и московских преторианцев, стрельцов. Это была гвардия.
С. БУНТМАН Да. Ну, а может быть, слабость Милославских заключалась в том, что у них не было царя своего, следующего, фактически дееспособного серьезного царя. Или как? Или это все равно? Будь Иван один, предположим, но не будь, скажем, Петра, удалось ли бы что-нибудь сделать? Ну, и правили бы Милославские, и иже с ними, правили бы от имени Ивана. Или здесь резко другая ситуация?
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Надо сказать, что ситуация тут, тоже, наверное, впервые в российской истории поставила очень остро вопрос о дееспособности будущего монарха. Это на самом деле так, похоже. Потому что Милославские, по старшинству, совершенно безусловно, по всем понятиям российским, как известно, указ о престолонаследии появится только при Петре I, но традиции существовали, и достаточно старые. Безусловно, Милославские, будь у них в семье дееспособный наследник престола, должны были бы посадить на трон следующего государя. Но, судя по всему, здоровье несчастного Ивана было настолько плохо, что это, очевидно, было понятно и так. В конце концов, это был не первый больной государь на русском престоле.
С. БУНТМАН Нет, не первый.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Федор Иоаныч пребывал, так сказать, под постоянным наблюдением придворных медиков. Но, судя по всему, у Федора Иоаныча не было никаких конкурентов в конце 16-го века. Царевич Димитрий, который жил в это время в Угличе, все-таки, был сыном от седьмого брака, и хоть разрешенного в свое время митрополитом, но вызывавшего большие сомнения. А здесь ситуация была совершенно иной.
С. БУНТМАН Ну, у Федора Иоаныча были мощные поддерживающие силы.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ Да, общество там, безусловно, жаждало сплотиться.
С. БУНТМАН И хотя бы та же фигура, как Борис Годунов.
А. ЛАВРЕНТЬЕВ С одной стороны, с другой стороны, Романовы, там был целый кружок, правящий регентский совет, как его иногда называли историки, модернизируя, конечно, ситуацию. С Нарышкиными все было немножко по-другому. Но надо сказать, что и те и другие вошли в элиту российскую благодаря бракам. Был такой термин в 18-м веке, «родня по кике». Кика это женский головной убор. Если учесть, что боярская Дума в течение многих десятилетий формировалась фактически из одних и тех же фамилий, именитых родов, боярские роды, их так и называли, вдруг, в течение достаточно короткого времени она пополнилась сначала Милославскими, родом более чем незаметным, а потом и Нарышкиными. И, разумеется, это не могло само по себе не вызвать некоторого политического напряжения. Плюс к этому, как всякий молодой, — не хочу говорить слово хищник, — но, так или иначе, изголодавшийся по власти, разумеется, и те, и другие проявили максимум неуклюжести, входя в новое для себя положение. Меня все время тянет на стрелецкий бунт, который, конечно, другая эпоха. Но Нарышкины упоминали самые разнообразные обвинения, в том числе, на наш взгляд, довольно смешные, но в глазах русского человека, безусловно, дискредитирующие на 100% тех, кто в этих деяниях подозревался.
С. БУНТМАН Александр Лаврентьев. И сегодня мы краткое царствование Федора Алексеевич постарались рассмотреть. Начинается совершенно новая эпоха, буквально на следующий день после кончины Федора Алексеича. В ней будет много своеобразных черт, непредсказуемых для того времени и с удивительными, теперь для нас, последствиями. И такая фигура, как царевна Софья появится. Софья, Иван Алексеич, а потом и Петр Алексеич, вот наши ближайшие герои серии династия Романовых в программе «Не так».

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс