Запрет правительством различных увеселений

С. Соловьев

Правительство, которое брало на себя родительские обязанности в отношении к подданным — детям, запрети­ло целый ряд увеселений и повсеместных суеверных обычаев: «В воскресные, господские праздники и великих святых приходить в церковь и стоять смирно, скоморохов и ворожей в дома к себе не призывать, в первый день луны не смотреть, в гром на реках и озерах не купаться, с серебра не умываться, олову и воску не лить, зернью, картами, шахматами и лодыгами не играть, медведей не водить и с сучками не плясать, на браках песен бесовских не петь и никаких срамных слов не говорить, кулачных боев не делать, на качелях не качаться, на досках не ска­кать, личин на себя не надевать, кобылок бесовских не наряжать. Если не послушаются, бить батогами; домры, сурны, гудки, гусли и хари искать и жечь». Таким образом, в обществе, в котором по известным причинам господст­вовало открыто стремление к чувственным удовольстви­ям, правительство предписывало монастырское препро­вождение праздников, дней отдыха. Батоги грозили оди­наково и тому, кто пел на свадьбе непристойные песни, и тому, кто водил медведей, которых поводчики позволяли себе перед детьми самые безнравственные представле­ния, и тому, кто качался на качелях и играл в шахматы! Угрозы были не на бумаге только: в 1669 году великий государь указал стольника князя Григория Оболенского послать в тюрьму за то, что у него в воскресенье на дворе его люди и крестьяне работали черную работу, да он же, князь Григорий, говорил скверные слова. Но мы, к несча­стью, знаем, как батоги и тюрьмы мало содействовали ис­треблению привычки, позорящей народ наш, и надеемся, что она истребится другими средствами.

Вместе с непристойными запрещены были самые не­винные удовольствия. Но батоги и тюрьма не грозили за порок, против которого слышались сильные вопли, кото­рому все предавались, — наказания не было за пьянство. Пьянство, господствовавшее в древней Руси, всего лучше показывает нам, с каким обществом имеем дело; человеку для восстановления, уравновешения сил своих необходи­мо покидать иногда будничные, ежедневные занятия и пе­реноситься в иной мир, переменять занятия и состояние духа: для человека образованного, для которого открыто широкое многообразие Божьего мира и человеческой де­ятельности, эти переходы легки и естественны; но для че­ловека, замкнутого постоянно среди немногих явлений бедной жизни, обыкновенно является стремление искус­ственными средствами, вином и опиумом или чем-нибудь другим переходить в иное возбужденное состояние, производить искусственно веселое, праздничное состояние духа, переноситься в другой, фантастический, мир, забы­ваться. Сам благочестивый и нравственный Алексей Ми­хайлович любил иногда забываться таким образом.

История России с древнейших времен. В 15 кн. М., 1962. Кн. 7. Т. 13. С. 127-128.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс