Замужем в Америке (от 26 января 2018)

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Девять лет назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве.

Когда я только переехала на ПМЖ в Соединенные Штаты Америки, я была немало удивлена, насколько тяжко мне дается адаптация в новой для меня стране. Я бывала тут как турист. Я объездила полмира. И вот на тебе! Кто бы подумал, что я, лично я столкнусь с таким понятием, как «культурный шок», в какие-то тридцать пять лет! Но ведь случилось. И это при наличии мужа-американца, который делал все, лишь бы устроить мою и моей одиннадцатилетней дочери жизнь здесь, в Штатах, как можно комфортнее и счастливее!

А каково тем, кто не поездил по миру? Не говорит на языке новой страны? Немолод? Без верного супруга, кидающего мир к твоим ногам?

К чему я это все?

Читала где-то давно, что по статистике какой-то огромный процент (если не половина!) переезжающих в поисках лучшей доли в другую страну бывших советских граждан сходит с ума.

Менталитеты разные. Неумение обращаться за помощью. Привычка тянуть все на своем горбу. Нежелание принимать чужие, чуждые нам поначалу «нормы жизни». В общем, каждому из нас в новой стране нужна помощь. Нет, не подружка с бутылкой водки на кухне, а помощь профессионала.

Когда я вдруг слышу «дзынь-дзынь!» (так мой дверной звонок говорит по-русски вместо принятого у американцев «динг-донг». Впрочем, на чужбине и собаки лают иначе), я никогда не знаю, кто находится по другую сторону двери. Но я точно знаю одно: все эти люди, появляющиеся в моем доме, вносят сюда гораздо больше, нежели набитые одеждой чемоданы.

Сегодня, думаю, это либо Инна из Нью-Джерси, либо Ира из Лас-Вегаса. Когда звонила Инна, чтобы зарезервировать комнату для нее и супруга, я поинтересовалась, не связано ли с каким-то особенным событием в их супружеской жизни это путешествие. (Я живу недалеко от всемирно известного парка Йеллоустоун, куда люди съезжаются со всего мира. Очень часто путешественники приурочивают недешевый вояж к каким-то важным в их жизни датам.) Инна была кратка: «Я пытаюсь вытащить моего мужа хоть куда-нибудь. Ему ничего не интересно. Мы переехали из России в США уже более десяти лет назад, а воз и ныне там. Он давно уже потерял к жизни интерес, а мне хочется всего и сразу! Мне хочется путешествий! Новых встреч! Новых нарядов! Новых сумок! А я живу как в заточении. Как моська в будке».

Я для приличия изобразила тогда в ответ на последнюю фразу смешок, а сама отмечала для себя в уме, что надо бы загодя включить для пары джакузи, зажечь в их комнате свечи и красиво разложить по кровати лепестки роз аккурат перед тем, как они вернутся с ужина.

За почти десять лет, что я посвятила своему крошечному бизнесу под названием В&B — Bed and Breakfast, или, по-русски, «Кровать и завтрак», я встретила людей со всего земного шара. Распахивая входную дверь, я встречаю гостей со словами: «Добро пожаловать! Могу я помочь вам с багажом?», подразумевая чемоданы. Но в уме добавляю про себя:» Могу ли я помочь вам с вашим личным багажом? С тем, что на душе? На сердце?»

Давно поняла для себя, что мои постояльцы всегда надеются получить гораздо больше, чем просто удобную и чистую постель и сытный завтрак. Вот взять хотя бы ту молодую пару, что была у меня неделю назад. Она — наша, русская девочка — изо всех сил старалась сделать их пребывание тут как можно более запоминающимся и романтичным, и я как могла помогала ей. У нее это было видно невооруженным глазом, надежды на их коротенький двухдневный совместный отпуск были такие: ей очень хотелось, чтобы ее американский бойфренд наконец-то понял, что пора бы уже расстаться со статусом холостяка и сделать ей предложение.

Очень часто, раз в месяц уж точно, поселяется у меня один украинский старичок, живущий в пяти минутах езды. Он давно стал мне как родной, и я давно уже точно знаю, какой хлеб купить ему для завтрака, какой джем он любит, как приготовить ему яичницу и как именно подать ему кофе. Он всю жизнь прожил вдали от родного дома. Один. Ни семьи, ни детей. Сменил много стран, пока не осел тут, в американском штате Айдахо. Он не скрывает, что готов платить мне из своей небольшой пенсии за радость общения и за то, что кто-то сегодня приготовит ему завтрак. Что вот он проснется, а завтрак — готов!

Ему скоро восемьдесят, он сдает на глазах и называет меня своим ангелом. Я на такую роль не претендую и даже предположить не могла, насколько человечным и увлекательным окажется мой мини-бизнес. Годами я училась понимать своих гостей. И дело не только в менталитете и языковом барьере (едут ко мне не только наши, осевшие в США выходцы из бывшего СССР, но и люди со всего мира. Но «наших» все-таки больше: людям проще остановиться у «своего», да и с ценами в отелях не сравнить).

Особенно много тех, кто только-только приехал в Америку. В основном это туристы, планирующие через годик-другой насовсем перебраться подальше от стран бывшего СНГ. Одни пристально присматриваются к Америке, впитывая в себя как губки все, что только можно узнать о стране и ее жителях, и вникая во все, куда только можно вникнуть. Другие выбирают будущую страну для жизни с более открытыми глазами: они выбирают сердцем, уповая на то, что смогут преодолеть любые трудности по мере их возникновения.

Рассказывать я могу долго: за большущей чашкой крепкого утреннего кофе люди, точно случайные попутчики в поезде, знающие наверняка, что они никогда больше в жизни не встретятся, готовы выворачивать наизнанку души. Мне пригодилось наконец-то в моей зарубежной жизни мое советское журналистское образование, но более всего меня выручает умение слушать и читать язык тела собеседника. Впервые я поняла, что способна помогать людям, встретившись с моими самыми первыми постояльцами за завтраком. Среднего возраста пара. С Украины. Они сидят друг напротив друга, жуют круассаны, потягивают кофе и молчат. Ни единого слова друг другу не сказали. Никогда еще не было в моей жизни завтрака в гробовой тишине, и мне было больно видеть, что людям не о чем друг с другом говорить. Встреваю: «Давно вы тут? Вы женаты тоже, должно быть, давно? Еще на родине поженились? О-о, представляю, как вы остолбенели, увидев впервые изумрудные глаза вашей будущей супруги!» И, о боги! Лед начал таять! Супруги, которым не хотелось и слова друг другу процедить еще пять минут назад, вдруг кинулись в воспоминания. Перед отъездом они горячо благодарили меня за то, что я помогла им провести у меня время так, что им «теперь будет что на старости вспомнить».

За многие годы работы с гостями я миллион раз была советчиком в вопросах «Что мне надеть сегодня на ужин? Мы впервые встречаемся с парнем тут: я из Нью-Йорка прилетела, а он специально приехал с Аляски на машине, чтобы встретить меня. Мне тааааак страааашно!!! Аж коленки дрожат! Я в него уже влюбилась по Интернету!» или: «Марина, что посоветуешь? Моя жена превратилась в конченого трудоголика. Посмотри на нее попристальнее. Мне кажется, у нее скоро усы вырастут. Она и в Сибири такой была, но сейчас, после трех лет жизни в заграницах, вообще готова пахать денно и нощно за любые гроши. Дорвалась до денег, что называется. Как мне быть? Как мне вернуть ее обратно в семью?»

За почти десять лет я еще ни дня не пожалела, что сменила журналистское перо на спатулу и фартук. О чем я точно жалела в последние годы, так это о том, что у меня нет психологического образования. Мир стремительно меняется: новые стандарты, новые требования, и все больше и больше ожиданий мужчин от женщин, руководителей от сотрудников и наоборот. Люди хотят быть еще более успешными на работе. Еще более счастливыми в отношениях.

«Вам нужен профессионал!» — сказала я вчера родителям, обрадовавшим меня наконец-то известием об их согласии переехать на ПМЖ ко мне в Америку. Понимаю, что «культурный шок» у всех проходит по разному. Но то, что он, этот самый «культурный шок», есть — это факт.

Вот у меня перед глазами пример: у приятельницы тут, в Штатах, мама еще не старая умерла. Продала квартиру в Питере. Все продала и переехала сюда к дочечке. Доча на радостях на вырученные от продажи материного крова и добра деньги сделала себе операции пластические: лицо, грудь, живот. А мать через три месяца после переезда к дочке возьми да и умри. Не выдержала мать испытания новой страной.

«Вам нужен профессионал!» — сказал я в трубку еще раз и даже притопнула ногой. Потому что я заботливая и грамотная дочь, и я знаю, что хорошо для моих родных. Для тех, кого люблю. Потому что деньги — это наживное. Их всегда заработать можно. Было бы желание. А вот люди... И я стала искать. Искать профессионала, который помог бы моим милым «всезнающим» и «независимым» старикам в будущей иммиграции. Искать долго не пришлось: покопалась в памяти и вспомнила, что давно знакома с Радой Хен — очень известным не только в Израиле (Рада живет в Израиле уже более двадцати пяти лет), но и во всем мире социологом. Я лично общалась с Радой и знаю, что она не только очень сильный профессионал, но и человек замечательный, солнечный, чуть ли не за руку за все эти годы выведший из проблем около четырех тысяч человек.

Взять нас, выходцев из бывшего СССР. Мы привыкли пахать. Мы жили исключительно «ради детей». Мы прямолинейны. Мы совсем не гибки. Мы не лицемерны, и нам трудно, почти невозможно улыбаться, глядя собеседнику в глаза. Мы — точно то деревце, что росло себе, росло, а потом кто-то взял и выдернул хрупкое растение с корнем и перенес в другой конец земного шара. Расти! Но приживется ли дерево в новой стране?

Продолжение в одном из следующих номеров «Пятницы».

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments
Загрузка...
Загрузка...