Возобновление торговли в сгоревшей Москве

А. Рязинцев

Московские жители, волнуемые страхом, все еще бо­ялись возвращения Французов; но когда казацкие кара­улы постоянно, несколько дней занимали все столичные посты, а сверх сего, когда разнесся слух, что из города Коломны привезена на продажу к Калужским воротам хлебная провизия, тогда только уверились в совершен­ной безопасности. Все воскресли духом и бросились за покупкою. […]

Православные наши торговцы драли в первые привозы с разоренных жителей за фунт ржаного хлеба по двадцати пяти копеек ассигнациями, за небольшой калач из простой, пшеничной муки с полфунта весом тридцать копеек ассигнациями. Когда спрашивали продавцов о причине такой дороговизны, они отвечали: «Чего мало, то и дорого: вот вам и причина. Хошь покупай, хошь нет, ведь не канатом те тянут».

Вскоре Московские обыватели узнали, что завтра утром, для увеличения средств к народному продовольст­вию, на рынке откроется лавка для продажи говядины […]. Когда отворились заповедные двери лавки, народ вдруг всей массой хлынул, сорвал их с петель и они полетели под ноги; потом затрещал прилавок, разложен­ные части мяса смешались в одну кучу. Хотя вначале и показались было поднятые нагайки, как сигналы к от­ступлению, но народ так плотно притиснул Казаков к стенам, что они не имели никакой возможности не ток­мо ратовать нагайками, но и двинуться с места и во все время, с поднятыми руками, стояли очень смирно. На­ступила общая сумятица, последовал шум, крик, визг, брань, драки. Кто мог, хватал мясо без покупки; а про­давцы так же, как и Казаки, сжатые в тесноте, вздыхая, с жалостными физиономиями, смотрели на исчезающий свой товар, говоря: «Мы полагаем, что с таким барышом находимся нагишом, по Русской пословице». Было много и таких покупателей, которые, заплативши деньги за го­вядину, выскакивали из лавки с пустыми руками, бла­годаря Бога, что сами еще живы остались. Трудился и я до поту лица, желая разговеться мясом, но едва в тесноте не оставил и свое собственное, потому что едва выдрался из тисков с синяком на лбу. Однако такая буйная торговля не обошлась без несчастного приклю­чения, одна женщина была задавлена до смерти.

Воспоминания очевидца о пребывании францу­зов в Москве в 1812 году. М., 1862. С. 273-276.

Миниатюра: Неизвестный художник. Пожар в Москве в 1812 году

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс