Русское общество 40-50-х годов XIX века

А. Кошелев

В соседстве моем жил помещик В.И.Ч., человек недурной, пользо­вавшийся общим уважением в дворянстве, но жестокий в обраще­нии с крестьянами и дворовыми людьми. Его жестокость происхо­дила менее от злости в душе, чем от того, что он считал своим свя­щенным долгом учить своих людей порядочному житию, наказы­вать лентяев и воров и строго взыскивать за всякие проступки. Ми­лосердие, прощение считались им бабьими принадлежностями. Он ходил по крестьянским избам и требовал, чтобы там было все в по­рядке, чисто и опрятно. По нескольку раз в год он осматривал ло­шадей и сбрую у крестьян; и горе тому, у кого скот или упряжь ока­зывались в неисправности. Нерадивых крестьян он лишал права ве­сти свое хозяйство и отдавал их под опеку, т. е. в полное распоряже­ние хороших хозяев. Майор Ч. как старый военный служака осо­бенно любил военную выправку, и у него крестьяне и дворовые лю­ди являлись все с солдатскими манерами. Жаловаться на помещика никто не смел, и житье людям было ужасное. Так, при земляных ра­ботах, чтобы работники не могли ложиться для отдыха, Ч-ов наде­вал на них особого устройства рогатки, в которых они и работали. <…> Брань, ругань и сечение крестьян производились ежедневно.

Я счел долгом внушить г. Ч. о необходимости изменить его образ управления крестьянами и дворовыми людьми под опасением уч­реждения над ним опеки. Он крайне этим обиделся и изумился, что предводитель дворянства вздумал вмешиваться в его домашние де­ла, и сказал мне, что давно живет в уезде, что никогда ни один пред­водитель не позволял себе подобных внушений и что он хорошо знает свои права и обязанности. К этому он прибавил: что же каса­ется до «гуманности», то он ее считает источником всяких беспорядков и бедствий, и что о моих действиях, клонящихся к возмуще­нию крепостных людей, он считает долгом донести высшему на­чальству.

<…> Приближались дворянские выборы. <…> Губернский пред­водитель Н.Н. Реткин громко и везде осуждал мои действия. «Не таким, — говорил он, — должен быть предводитель дворянства: ес­ли я увижу, что мой брат дворянин зарезал человека, то и тут пойду под присягу, что ничего о том не знаю». Дворяне Сапожковского уезда, ко мне расположенные, советовали мне не баллотироваться в предводители. Я уверен был в забаллотировке; но мне казалось пре­досудительным, в данных обстоятельствах, не баллотироваться: это значило — трусить и оказывать моим врагам некоторое уважение. Я пошел на баллотировку, и меня блистательно забаллотировали — почти двумя третями.

Русское общество 40-50-х годов XIX века. В 2 ч. М., 1991. Ч. 1. С. 80-82.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс