Русские женщины в эпоху Петра Первого

X. Вебер

Княжна Наталья давала в это время в Петербурге великолепный пир […].

На помянутом пиршестве присутствовали все краса­вицы Петербурга, и хотя тогда уже все носили Фран­цузские платья, но многие не умели в них хорошо дер­жать себя, а своими черными зубами достаточно дока­зывали, что они не совсем отстали от устарелого Рус­ского мнения, будто бы только у мавров и обезьян белые зубы; впрочем, предрассудок этот с течением времени совершенно искоренился, так что теперь чужестранец, находясь в избранном обществе в Петербурге, до тех пор, по крайней мере, пока не вступит в разговор, ре­шительно может подумать, что он не в России, а в Лон­доне или в Париже.

[…]Русские жены и дочери… содержатся очень уеди­ненно и выходят только в церковь и к самым близким родственникам. Я видел много женщин поразительной красоты, но они не совсем еще отвыкли: от своих старых манер, потому что в отсутствие двора за этим нет стро­гого наблюдения. Знатные одеваются по немецки, но поверх надевают свои старые одежды и в остальном держатся еще старых порядков, например, в приветст­виях они по прежнему низко кланяются головой до са­мой земли. Те Русские женщины, которые, побывши, с мужьями своими за границей, возвратились домой в Мо­скву, бросают здесь заимствованные ими в чужих стра­нах обычаи, не желая, чтобы старики смеялись над ними. В Петербурге же, напротив, того, по строгому при­казу обычаи эти удерживаются.

[…] Пять лет назад было предположение, чтобы самых молоденьких и красивых Русских девиц, по примеру их братьев и на счет родителей их, посылать на хлебы к кому-нибудь в Кенигсберг, Берлин, Дрезден и в другие города для обучения иноземным нравам и языкам и рав­но и работам, необходимым для девицы; но родители возражали, что эти юные дети не устоят перед, инозем­ной галантностью и честь их может подвергнуться опас­ности, и тем отклонили исполнение этого предположе­ния.

[…] Женщины, за исключением самых знатных, и те­перь еще носят летом под платьями своими шубки; те же, которые ездят ко двору, хотя, и одеваются по ино­земному образцу и очень хорошо, но в обращении с посторонними или иностранцами до сих пор еще как-то дики и своенравны, что одному известному Немецкому кавалеру пришлось дознать собственным опытом, когда, бывши в Кроншлоте, он пожелал было поцеловать у од­ной девицы руку и награжден был за это полновесною оплеухою.

Записки о Петре Великом и его царствовании Брауншвейгского резидента Вебера//Русский архив. М:., 1872. С. 1085-1086, 1381-1383.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс