Отношение общества к государю до конца XV века

В.Ключевский

До конца XVв. отношение (общества к государю. — С. И.) отличалось простотой удельного времени и еще не заметно было следов того почитания, своего рода культа, которым впоследствии был окружен московский госу­дарь. В 1480 г., во время нашествия хана Ахмата, Иван III, постояв с полками на Оке, покинул армию и воротился в Москву. Столица была в смятении; горожане сносили в Кремль свои пожитки, ожидая татарской осады. Увидев возвращающегося великого князя, они подступили к нему с жалобами и говорили ему, по свидетельству летописи: «Когда ты, государь, княжишь над нами в мирное время, тогда нас много понапрасну обременяешь поборами, а те­перь сам, рассердив хана, не заплатив ему выхода, нас же выдаешь татарам». Престарелый ростовский архиепископ Вассиан встретил великого князя еще более резкими уп­реками, начал «зло говорить ему», называя его «бегуном», трусом и грозя, что на нем взыщется кровь христианская, которая прольется от татар. Приведем еще эпизод из кня­жения Иванова преемника. И в это время еще не исчезли прежние простые отношения подданных к государю. Тог­да в Москве заподозрили по доносу в злом умысле госу­дарева брата, удельного дмитровского князя Юрия, и ре­шили дождаться его приезда в столицу, чтобы арестовать его. Узнав об этом, Юрий обратился к волоколамскому игумену преп. Иосифу, жалуясь ему, что в Москве слуша­ют наветников, и прося игумена съездить в Москву, похо­датайствовать за него перед великим князем. Иосиф уго­варивал удельного князя не противиться великому: «Пре­клони главу твою пред помазанником божиим и покорись ему». Юрий отвечал на это: «Будь мне вместо отца родно­го; я по твоему наставлению не буду против государя, го­тов все терпеть от него, даже самую смерть, только съезди к нему». Иосиф послал к великому князю двух старцев своего монастыря. Не соблюдая обычных правил вежли­вости, не поздоровавшись и не спросив о здоровье игуме­на, Василий встретил посланных сердитыми словами: «За­чем пришли, какое вам до меня дело? ». Тогда один из стар­цев начал наставительно пенять великому князю, что го­сударю не подобает так выходить из себя, не разузнав наперед в чем дело, а следует расспросить хорошенько и выслушать с кротостью и смирением. Великий князь сму­тился, встал и улыбаясь сказал: «Ну, простите, старцы, я пошутил». Затем, сняв шапку, он поклонился старцам и спросил о здоровье игумена. Тогда уже пошла речь о деле, и великий князь уважил ходатайство Иосифа, помирился с братом. Это было до 1515г., когда умер Иосиф. Так еще в начале XVIв. по временам проявлялись простые удель­ные отношения подданных к своему государю; но эти от­ношения исчезали быстро вместе с последними уделами. Уже при Иване III, еще более при Василии, верховная власть окружала себя тем ореолом, который так резко отделил московского государя от всего остального обще­ства. Посол императора германского, Герберштейн, на­блюдавший Москву при Василии, замечает, что этот вели­кий князь докончил то, что начал его отец, и властью своею над подданными превосходит едва ли не всех мо­нархов на свете.[…]

Так уже ко времени Василиева преемника Ивана IV в Москве был готов тот кодекс политических понятий, ко­торым так долго жила потом Московская Русь.

Курс русской истории. Соч.: В 8 т. М, 1957.Т. 2. С. 136-137.

Миниатюра: Аполлинарий ВАСНЕЦОВ. Московский Кремль при Иване III

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс