Михаил Бакунин о телесных наказаниях в XIX веке

М. Бакунин

Крестьяне чаще всего — большие дети, дети по своему невежеству; опека просвещенная, благожелательная и нередко строгая для них необходима; но при всем том они достойны любви, да, достойны уважения, ибо это всегда та же бессмертная сущность, те же горес­ти, те же радости, те же бесконечные устремления, а часто под их грубою корою скрыты высокие качества.

<…> Я не проповедую слабости, напротив, я убежден, что наря­ду с большою благожелательностью и особенно наряду с неуклон­ною справедливостью абсолютно необходима большая строгость. Русский мужик считает промахом не обмануть там, где он может обмануть, он презирает тех, кого обманывает, и, будучи человеком широкого размаха, почти одинаково сильно ненавидит простецкую слабость одних и неправедный гнет других. Хотя я не очень-то большой любитель телесных наказаний, я думаю, что они, к сожа­лению, пока еще совершенно необходимы. Вели же, милый друг, сечь, вели сечь, но сам не секи никогда: это мерзко. И наказывай всегда так, чтобы крестьяне были глубоко убеждены в справедливости понесенного наказания. Когда они убедятся, что ты справедлив, когда они увидят, что ты добр и вместе с тем решителен, они, в кон­це концов, станут тебя уважать, а затем и любить, и тогда ты смо­жешь делать с ними все, что захочешь.

М.А. Бакунин — родным. 4 февраля 1852. Петропавловская крепость // Собр. соч. в 4 т. М., 1935. Т. 4. С. 218-219.

Миниатюра: БАКУНИН Михаил Александрович.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс