Династия Романовых. Александр II

Стенограмма передачи “Не так” на радиостанции “Эхо Москвы”

18 мая 2002 года.
В эфире радиостанции «Эхо Москвы» — Леонид Ляшенко, историк. Программа «Не так».
Эфир ведет Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН Цикл «Династия Романовых. Александр II», Леонид Ляшенко у нас в студии.
Л. ЛЯШЕНКО Добрый день.
С. БУНТМАН Добрый день, сегодня, вот как было решено в прошлый раз, как мне рассказывали, меня не было, заняться личностью Александра II, частной его жизнью, ну мы не будем играть в папарацци, я так думаю, во всяком случае, подглядывать в замочную скважину, хотя это и важно для понимания Александра II. Александр II, эволюция его личности.
Л. ЛЯШЕНКО Тут дело-то в чем, дело в том, что нельзя говорить о реформах его, Александровского правления, не поговорив о том, что он из себя представлял как человек, как личность, потому что российские преобразования и российские реформы очень сильно зависят от личности правителя, тем более в самодержавном государстве. И вот каким он представлялся современникам? Тут мы должны поблагодарить его воспитателей, Мердера и Жуковского, поскольку они вели дневники подробные, письма, и в тех дневниках и письмах отмечали и плюсы, и минусы Александра, и те качества его личности, которые вообще трудно как-то обозначить плюсом или минусом. Давайте мы их назовем без знака. Итак, плюсы. Александр рос, по замечанию воспитателей, физически крепким человеком, с достаточно устойчивой психикой, он схватывал проблемы на лету, что имеет свою обратную сторону, мы чуть позже скажем.
С. БУНТМАН Отметим, да.
Л. ЛЯШЕНКО Отметим, да, когда будем говорить о минусах. Они отмечали упрямство Александра. Надо сказать, что это вообще родовая черта Романовых упрямство Романовых, это вещь, вошедшая чуть ли не в поговорку. В данном случае, когда мы говорим о плюсах, упрямство помогало ему идти напролом и осуществлять свои замыслы, даже тогда, когда, казалось, все против было. Он был добр и сентиментален, и это отмечают не только воспитатели, но и родня Александра II. Родня даже жестче выражается он был слезлив. Это далеко не всегда и далеко не со всеми, поскольку во время покушений или на охоте, или в каких-то таких экстремальных случаях, он вел себя как настоящий мужчина без всяких слез и слезливости и т.д. При желании Александр Николаевич умел очаровывать людей, но это, видимо, от дяди, от Александра I, у него осталось, «шармировать» как говорили любители смеси французского с нижегородским. Он умел актерствовать, правда, хуже Александра I, но умел. То есть он умел носить маски, и он был разным с разными людьми, с лакеями, дипломатами, министрами, с родней и т.д. Ну и, наконец, верность долгу, верность монаршему долгу, через «не могу», а «не могу» — чем дальше в 19 век, там встречалась все чаще и чаще. Минусы. Первое, что здесь отмечают и Жуковский, и Мердер это апатия, апатия, которая внезапно охватывала государя, наследника еще, извините, когда он сталкивался с проблемой, которая не решалась сразу.
С. БУНТМАН Вот как раз мы говорим схватывает проблему, а если не схватывает, то это уже почти поражение.
Л. ЛЯШЕНКО Да, он ее откладывал или перекладывал на чужие плечи, и сам он в эту проблему уже старался не вмешиваться. Упрямство, упрямство как минус, потому что упрямство это все-таки нетвердость в отстаивании принципов, и очень часто упрямство проявлялось в мелочах, которые не стоили того, скажем так. Равнодушие равнодушие к людям. Знаете, тут даже трудно сказать, минус это или надо понять Александра, потому что вообще-то равнодушие монарха это защита его от неустройств мира, с которым он ничего поделать не может, а поэтому он старается отстраниться вообще от этих вещей. То ли это кажется, что это равнодушие к людям, то ли действительное равнодушие, сказать очень трудно.
С. БУНТМАН А вот проявление, вот интересно здесь с равнодушием, вот проявление, в чем оно проявлялось, почему о нем можно вообще говорить?
Л. ЛЯШЕНКО Вы знаете, оно проявлялось в отношениях с окружающими, прежде всего, не с родными, а я имею в виду министров, я имею в виду обслугу Зимнего дворца. Александр вообще никогда не интересовался, в отличие от многих и многих других монархов и монархинь, что случилось, как случилось, если ему докладывали, что уж какое-то произошло несчастье, он так пожимал плечами, отправлял по ведомству соответствующему, а сам старался в это дело не вмешиваться. Желание быть первым, т.е. обратная сторона желания быть первым это ревность к чужому успеху. Это с детства, вы помните, мы в прошлый раз говорили, что его заставляли быть образцом во всем в учебе, в верховой езде, в спортивных соревнованиях, везде и во всем. И отсюда вот эта ревность к чужому успеху и желание быть первым, это привнесенная воспитателями и родителями вообще вещь-то, конечно.
С. БУНТМАН В идеальной империи, какой ее считал Николай Павлович, должен быть и идеальный наследник престола.
Л. ЛЯШЕНКО Да, конечно. Ну, и наконец, в отличие от своего отца, Николая I, Александр не умел и не желал выслушивать чужие мнение, отличные от его. А Николай I тет-а-тет допускал совершенно спокойно споры с собой. И даже Киселеву говорил, что он поощряет такие споры. Он не терпел публичного противостояния себе, какого-то противоречия себе. Александр вообще не любил этого, и старался этого не допускать. Ну и наконец вот то, что мы говорили, черты личности без знака. Тут очень интересные вещи. Во-первых, нежелание царствовать, высказанное в детстве. Когда это было высказано в детстве, действительно, то Жуковский и Мердер сочли это таким, знаете, мальчишеством, боязнью ребенка перед троном, ответственностью, официальными всякими церемониями и т.д. Но Александр повторял это на протяжении всей своей жизни, а в 80 году вообще заговорил о том, что он оставляет престол своему сыну и уезжает в Ниццу со своей второй семьей, и будет там вести жизнь частного гражданина. Ему этого сделать не удалось, он отводил на это, кстати говоря, полгода, максимум год, но ему этого полгода и тем более года просто не предоставили. Вот вместе с тем, соответственно, с этим нежеланием царствовать идет и неумение и нежелание поддерживать тот образ правителя, который складывался веками в глазах народа и вообще в глазах всей России. Отчего это шло и откуда это видно? Понимаете, он не хотел растворять свою личность без остатка в должности монарха. Мы об этом будем еще говорить.
С. БУНТМАН Это интересный парадокс, потому что мы уже говорили о его верности долгу монарха. С другой стороны, о масках.
Л. ЛЯШЕНКО Да, но я говорил через «не могу».
С. БУНТМАН Через «не могу», да. С другой стороны, о масках, одну из которых, например, отмечают и фрейлины, в записках отмечают, что, почему такой человек, достаточно чувствительный, как это мы отмечаем, почему он всегда надевал на себя вот эту холодную, ледяную такую.
Л. ЛЯШЕНКО Это не всегда.
С. БУНТМАН Ну им казалось.
Л. ЛЯШЕНКО Ему приходилось надевать эту маску. Кстати говоря, как Тютчев отмечает, совершенно неудачно. Как только он надевал эту маску владыки, он тут же становился какой-то замороженной глыбой льда, не человечный и т.д. Вы понимаете, вот, может быть, это нежелание царствовать, нежелание поддерживать образ, связано еще и с тем, но это позже, конечно, немного, связано с тем, что в 19 веке в мужском роду Романовых начинает проявляться генетическая усталость. И это подчеркивают все и медики, и окружение, женщины в основном, которые, видимо, не уставали, что после 40 лет императоры все в 19 веке российские начинали терять интерес к жизни. Как говорила Елена Павловна, великая княгиня, Валуеву, министру внутренних дел, все они действительно начинают терять интерес к жизни. Александр I было, Николай I было, Александр II то же самое, после 40 лет. Она говорила, что они начинают терять желание и что их надо поддерживать, вызывать интерес и т.д. Но как мы позже посмотрим, далеко не так уж все обстояло плохо, и не все желания были потеряны и не до конца, но все-таки, действительно, генетическая усталость, вот она становится в 19 веке заметной. Почему? Я — не медики, а медики обычно отвечают, что следствие вот той тяжести власти, но ведь тяжесть власти была не меньше и в 18 веке, а однако там этого не было. Мне так кажется со своей колокольни, что тяжел был не просто груз власти, тяжело было разочарование от растущего бессилия власти, от невозможности сделать то и так, что и как хочется сделать. Когда Александра I настигает разочарование? Когда он не может отменить крепостное право и ввести в стране конституцию. Когда настигает разочарование Николая I? Когда он не может сделать в России того, что хотел, не может сделать, как Вы тут говорили, идеального государства в России, ну и плюс европейские события, европейские революции и т.д. Когда настигает вот эта генетическая усталость Александра II? Когда оказывается, что общество и Россия его реформы не считают историческими или считают вообще обманом, о чем мы будем позже говорить, не позже, а в следующей, видимо, передаче. И вот таким образом, наверное, эти бурления у трона власть ради власти в 18 веке, которые были, они заменяются властью ради долга в веке 19, а долг этот становится более и более тяжелым, потому как многое и многое невозможно осуществить. Вот таким, если коротко, предстает Александр II перед своими современниками, очень разноречивым, очень противоречивым. И надо сказать, мы в прошлый раз говорили, заканчивали передачу словами Ключевского о том, что он был действительно не совсем обычный Романов. Так вот, он был действительно не совсем обычный Романов хотя бы потому, что не желал он этого образа поддерживать сложившегося. И он не первый мы помним, что Александр I хотел уехать куда-то на Рейн.
С. БУНТМАН Да, у него тоже с юности было это, которое потом усугублялось, отчего потом и получилась вся история о старце Федоре Кузьмиче, неверие в его смерть, мы об этом говорили. Но вот я бы хотел одну деталь просто в связи с этим уточнить, об Александре II. Деталь такая все-таки, многое связано с определенным мистицизмом Александра I, с определенными воззрениями религиозными, я бы сказал парарелигиозными у Николая Павловича, тоже вот, вера в миссию, вот это, как мы говорили, Андрей Ливандовский говорил об этом принятии решения, он ждал некоего откровения и принимал решение. В этом смысле Александр II насколько он был религиозен и парарелигиозен?
Л. ЛЯШЕНКО Вы знаете, не больше, чем я думаю, обычный просвещенный европеец.
С. БУНТМАН Просвещенный европеец?
Л. ЛЯШЕНКО Да. Вообще ведь, времена Александра II для православной церкви это времена тяжелые, это времена кризиса, потеря престижа, это долгий разговор и долгая история.
С. БУНТМАН Отдельная тема, которая будет связана со всем, вплоть до террора.
Л. ЛЯШЕНКО Конечно. Безусловно, ведь Александру не понадобилось даже идеологических подпорок для проведения своих преобразований. Помните, Александр I опирался на идеи просветительства, потом на мистику, Священный союз, попытка создания общей христианской церкви. Николай I это, понятно, триада уваровская. Александру II даже не понадобилось что-то придумывать, каких-то идеологических вещей, настолько видимо было ясно, что Россия нуждается в переменах, что ему это даже и не понадобилось. Вот, поговорим коротенько совсем о том, каким Александр представал перед современниками, давайте поговорим о том, откуда вообще эти представления взялись, откуда они выросли, где корни всего этого, где начало того конца, которым оканчивается начало, как говорил Козьма Прутков.
С. БУНТМАН Козьма Прутков, причем персонаж эпохи Александра II.
Л. ЛЯШЕНКО Да.
С. БУНТМАН И создан близкими Александру людьми.
Л. ЛЯШЕНКО Совершенно верно. Человеком, который мог стать его другом, но не захотел этого, я имею в виду Толстого Алексея Константиновича. Давайте поговорим об Александре в семейном кругу, я имею в виду круг родительский, т.е. семью родителей пока что еще, а потом уже собственную семью. Вообще, когда о родительском, о семейном воспитании речь идет, наверное, надо сразу обозначить, а что, собственно говоря, в России? Какие системы были семейного воспитания? И оказывается, их было четыре. Первая это английская, т.е. детям предоставлялась полная свобода делать все, что угодно, считалось, что личность ребенка вообще ничем нельзя ограничивать. В результате получались почему-то на российской почве не английские джентльмены, а в основном такие эгоисты заскорузлые, и вообще оболтусы, надо сказать прямо. Вторая система это спартанская со всеми вытекающими последствиями: физическая закалка, наказания за нытье. Вообще при этой системе мир детей и мир родителей был разделен глухой стеной, и напоминали отношения в семье отношения в каком-нибудь департаменте Сената, начальства подчиненных. Но спартанское воспитание свои плоды приличные такие давало, потому что дети росли физически закаленными, готовыми к борьбе с жизненными трудностями и т.д. Третье это домостроевский тип семейного воспитания, это традиционный для России, не столько для столичных городов, сколько для России всей остальной, дворянской России всей остальной, поскольку мы говорим о дворянских семьях. Ну и, наконец, четвертый и последний это патриархально-гармоничное воспитание. Это редкость, но она была. Это то самое, когда вот эти якобы домостроевские или около домостроевские, традиционные вещи сочетались с огромным интересом к европейской культуре и достижениям европейской культуры. Отсюда вырастают Киреевский, отсюда вырастает Аксаков, и можно многих и многих еще назвать, но нас-то интересует не это, а собственно, какой тип воспитания семейного, какому типу подвергся Александр II. Так вот, Вы знаете, ни одного типа вот четко мы назвать тут не можем, мы можем только сказать, что английского тут не было и в помине.
С. БУНТМАН То есть английского а, с другой стороны, тот, который был связан еще с таким французским просветительским воспитанием в стиле Руссо, который близок к тому, что Вы назвали английским, которым воспитывался недавний юбиляр Николай Костомаров так воспитывался.
Л. ЛЯШЕНКО Здесь скорей была такая смесь, но в этой смеси вот что получалось Николай I в семье, как и в государстве, вел себя как восточный владыка и требовал безусловного подчинения детей. И он мог выстроить детей в церкви, что он и делал, перед собой, и следить за тем, чтобы они не шелохнулись во время долгих достаточно проповедей. Он мог обозвать дочерей, собравшихся на бал и нацепивших какие-то украшения, «мартышками» и заставить их снять все эти украшения. Он мог, застав Александра II за игрой в карты днем с придворными, выдать ему подзатыльник, разогнать эту компанию, мог наорать на него же, на наследника, во время развода военного, причем грубейшим образом. Вообще Николай на разводах и маневрах это человек, который вел себя не стесняясь ни дам, ничего. Он мог обозвать опять-таки наследника престола «коровой», причем за то, что супруга Александра опоздала вот на какое-то семейное торжество или к обеду просто. Т.е. дети отца боялись, и отца уважали, но о любви, конечно, здесь речи быть не могло. Александр стремился как можно лучше и как можно чаще участвовать вообще в военных забавах отца парады, разводы, потому что вот в этих вещах легче было заработать одобрение отца, чем за что-то другое за учебу, там, скажем, или какие-то поступки добрые и т.д. Здесь было гораздо проще. И он старался тут как раз отметиться.
С. БУНТМАН Это какая-то форма любви все-таки желание заслужить одобрение.
Л. ЛЯШЕНКО Конечно. Ходили слухи, не упорные и не громкие слухи о том, что Николай вообще хотел отстранить Александра от престола и вместо него возвести на престол Константина, видимо, но, по-моему, это липа совершенная.
С. БУНТМАН Это уже такие по аналогии с событиями предыдущих царствований.
Л. ЛЯШЕНКО Это просто от людей, которые слышали, насколько грубо отец иногда разговаривал с сыном, но это совершенно не значило, что он готов от престола его отстранить, конечно. Мать была ближе, естественно, но об этом, наверное, чуть позже.
С. БУНТМАН Да, чуть позже, потому что я хочу напомнить еще нашим слушателям, что мы говорим об Александре II. И сегодня мы говорим о личности, о воспитании, о семейном круге Александра II, у нас в студии Леонид Ляшенко. И продолжается серия программы «Не так», вы можете присылать свои вопросы, соображения, что вы и делаете, на пейджер 974-22-22 для абонента «Эхо Москвы». Здесь уже приходят, по сути дела, сообщения, но мы их ждем все равно, и в конце передачи, естественно, будут, и по ходу передачи будут ответы на ваши вопросы.
НОВОСТИ
С. БУНТМАН Продолжаем наш разговор об Александре II. Александр II в семье. Леонид Ляшенко у нас в студии. Вы задаете свои вопросы, и на них будут, естественно, ответы. Но мы остановились на родителях, как раз, что мать была ближе, чем отец император Николай Павлович.
Л. ЛЯШЕНКО Мать была ближе, безусловно, и Александр II вспоминал о ней с гораздо большей теплотой и гораздо чаще, чем об отце. Что касается братьев и сестер, то единственный, кто был близок к нему и по возрасту, и по, скажем так, уровню образования, образованности, это Константин Николаевич. Но мы уже в прошлый раз говорили и будем еще говорить, когда речь пойдет о реформах, что отношения между братьями были теплыми, они переписывались очень часто, но в то же время, они были очень непростыми. И причины этого просто не время сейчас указывать, в свое время мы об этом скажем. А остальные ну сестер выдали, естественно, замуж довольно скоро, причем за границу, поэтому он вообще с ними только переписывался. Другие братья его, они просто были далеки и не всегда поддерживали вообще его взгляды, политические, социальные, какие угодно. Во всяком случае, реформаторов среди них, кроме Константина опять-таки, не было. Нельзя сказать, что он в семье был один, у отца в семье, что он был там несчастлив, изгоем, нет, конечно. Но он там жил в постоянном напряжении. Почему? Наверное, об этом, лучше всего на это отвечает переписка его с отцом во время путешествий Александра II по России в 36-37 гг., переписка интереснейшая, издана отдельной книгой и напечатана в нескольких журналах, номерах журналов «Знание сила». Она свидетельствует вот о чем от Александра, помимо всего прочего, требовался высокий аристократизм, он должен был быть образцом настоящего аристократа. То есть это не только, конечно, быть комильфо в любой ситуации, это значит, прежде всего, что кому много дано, с того будет много спрошено. А кто первый с того будет спрошено вдесятеро. И вот это требование отцовское, постоянное, из письма в письмо, что ты наследник, что ты будешь императором, поэтому ты должен относиться к людям с особой внимательностью что ли, и чем ниже человек стоит на лестнице общественной, тем внимательней ты к нему должен относиться. Вообще соответствовать образцу высокого аристократа, видимо, очень тяжело. И поэтому вот это требование постоянное быть лучшим, быть аристократом, готовиться к деятельности государя, вообще это, конечно, вещь очень сложная, психологически сложная вещь, груз очень сложный психологический, который обрушивался на Александра ежедневно, наверное, с каждым письмом, с каждой встречей, с каждым разговором. Во всяком случае, сближение их с отцом начинается очень поздно. Чуть ли ни тогда, когда наследник женился. Вот тогда отец начал вдруг с ним совершать прогулки пешие и рассказывать о том, как взошла на престол Екатерина II, что стало с ее мужем, о том, что случилось с Павлом I. Ну и вообще разговоры приняли такой доверительно-исторический характер, и, может быть, даже разговоры шли о символе или о долге, вернее, монаршем. И эти разговоры больше дали Александру в понимании поста своего монаршего, чем, конечно, любое обучение, любая научная книга. В своей семье, тут дело-то вот какое. Мы уже говорили, что Мария Александровна, Дармштадская принцесса, — это выбор случайный. Но он был отнюдь не плох. Вообще, царский брак это вообще даже не лотерея. Лотерея это брак простого смертного, а царский брак это русская рулетка, потому что здесь психологическая совместимость, чувства в расчет не идут. Здесь идет расчет династическая совместимость, прежде всего, и интерес династический. И поэтому, что из этого получится союза двух людей, трудно сказать. Но Мария Александровна была женщиной весьма образованной, по-европейски образованной, прекрасно знала современную литературу, интересовалась музыкой и живописью. Вообще она очень старалась Александру помочь и соответствовать, в то же время, своему имиджу наследницы сначала, а потом жены наследника, а потом императрицы. Но у нее это плохо, и не всегда удавалось ей это сделать, потому что она была слишком не императрицей. Современники говорили, что ее легче всего представить себе в келье, стоящей на коленях и молящейся горячо. Вы знаете, вот такой религиозный, не хочу сказать фанатизм, максимализм что ли, он как любой максимализм вообще императорам и императрицам вредит. Они должны быть спокойнее как то, усредненными что ли. А Мария Александровна, для нее переезд в Россию, для нее Зимний дворец был шоком страшным, она боялась всех Николая I, Александру Федоровну, братьев своего мужа, лакеев, она стеснялась своего недостаточного французского, она считала, что она вот как-то не соответствует тому образу, которому должна соответствовать. И отсюда она замыкалась, она любила узкий круг, своих приближенных, своих фрейлин, прежде всего, она очень любила свою семью, а мы говорили о том, что она родила шестерых сыновей и двух дочерей в браке. И кроме того, она была необыкновенно занятым человеком, потому что, особенно, когда она стала императрицей, здесь официальные всякие вещи, здесь разводы, маневры, парады. Ну а кроме того, богадельни, больницы, приюты, два института, гимназии, училища, благотворительные общества, за которыми она ежедневно следила, за положением дел вот в этих учреждениях, которыми она патронировала, и которые назывались Мариининскими. Кроме того, частые роды, а Мария Александровна за 18 лет родила 8 детей, и плюс петербургский климат, они очень быстро дали себя знать, и она заболела туберкулезом. Сначала в стадии такой легкой, потом уже все более и более тяжелой, во всяком случае, с начала 60-х гг. у нее просто сил уже недоставало как-то, так сказать, помогать мужу и быть ему опорой надежной. Но кроме того, у них все начиналось замечательно. Когда они жили, начинали свою семейную жизнь, и их двор наследников, это было чудесное время и чудесное, видимо, учреждение, которое все, кто был туда вхож, вспоминают с теплотой с интересом. Весело, интересно, политические разговоры, литературные разговоры, музыкальные вечера, вплоть до карточной игры, естественно, и т.д. Но потом, когда Александр становится императором, то его стараются как можно быстрее с женой поссорить.
С. БУНТМАН А кто же старается?
Л. ЛЯШЕНКО Окружение, естественно, и светское окружение, и бюрократическое окружение, потому что Александр, вообще-то, поначалу проговаривал с женой все. Она присутствовала при чтении депеш дипломатов российских, они присутствовала при решении вопросов, действительно важных, государственных, и это не нравилось. И Александру, в общем-то, нажали на больную мозоль, больная мозоль, одна из больных мозолей у него была такая это намек на то, что им управляют, особенно женщины управляют.
С. БУНТМАН Опять же быть первым, все понимать.
Л. ЛЯШЕНКО Для мужчины положение подкаблучника это, сами понимаете, почему-то плохо, а для императора тем более. Их действительно поссорили. И она даже с просьбой к нему не могла обратиться, она обращалась с просьбами к министрам, чтобы они, в свою очередь, перед ним как-то ходатайствовали, к тем же братьям Милютиным, скажем, чтобы они ходатайствовали перед императором о чем-то, о чем она просит. А сама напрямую, она всегда нарывалась на отказ. Практически всегда нарывалась на отказ, когда речь шла, конечно, о делах каких-то государственных, а не частных и не личных. Вот такая получилась история, ну а потом, конечно, трагедии все-таки были в этой семье, потому что первая дочь у них умирает в малолетстве, их первый ребенок вообще умирает в малолетстве, дочь. А в 1865 году вообще произошло событие, потрясшее всю Россию, и их, конечно, больше, чем кого бы то ни было, умирает их старший сын, т.е. наследник престола, Николай Александрович, 20 лет от роду. Человек, подготовленный полностью для престола, и как писал один из его воспитателей, Борис Николаевич Чичерин «России грозило получить настоящего монарха, либерально мыслящего монарха. Но, видимо, Провидению угодно, чтобы россияне заботились о себе сами». Там сначала был диагноз неправильно поставлен, потом, когда во Францию привезли, французские врачи поставили правильный диагноз, было уже поздно. И он в Ницце умирает в 65 году, и это подрывает здоровье Марии.
С. БУНТМАН Сколько ему лет было, Николаю Александровичу?
Л. ЛЯШЕНКО Двадцать. Это подрывает здоровье Марии Александровны еще больше. А потом измена мужа, о которой мы будем с вами говорить, а потом покушения, начавшиеся на него, и она впадает иногда в состояние вообще летаргического сна. Скажем, этот ужасный взрыв Халтурина в Зимнем дворце она вообще не слышала.
С. БУНТМАН Она вообще не слышала вот то, когда погибли в карде гарде?
Л. ЛЯШЕНКО Да-да, 50 человек с лишним. Страшный грохот, свет погас, потолки посыпались, где потолки посыпались, где известка с потолков, лепнина посыпалась. Она просто не слышала, она впала в этот момент в такое летаргическое состояние, что просто проспала это дело, понимаете. Ну и поэтому уважение к супруге, привычка ежедневно говорить с ней, говорить на темы детей, на темы родных, династические темы, это у Александра осталось, и каждый день он все это демонстрировал, но если хотите, чувственность из их отношений ушла задолго до смерти Марии Александровны, которая умирает в 1880 году. Александр II, если говорить о детях, он очень любил возиться с детьми. Вообще, он очень любил проводить с ними время, но беда в том, что времени не было, и он буквально вот приходил чай выпить с ними, кофе выпить с ними, садился где-то у подоконника, на подоконнике открывал альбом, рисовал, делал какие-то наброски, он еще неплохо рисовал. Чаще всего рисовал новую форму военную, хотя не только, как мы потом, может, успеем увидеть. Но все-таки вот дети, начиная с Александра Александровича, Александра III будущего, ну, и кончая Павлом, младшим сыном, они запомнили больше мама, как они говорили. Потому что, конечно, она с ними возилась больше, проводила времени больше, и, видимо, говорила теплее на интересующие их темы, потому что отец успевал поговорить только вот об учебе, о поведении и т.д. Ну и поскольку вот мы опять-таки поговорили о семье его собственной, то такое создается впечатление, что Александр любви подлинной и теплоты подлинной ни в отцовской семье, ни в своей семье в полной мере не ощущал. А в то же время Бисмарк, канцлер знаменитый прусский, говаривал очень интересную фразу такую, и он очень любил вообще Александра II как человека именно, не как государственного деятеля, противника Пруссии. Он говорил, что Александр II всегда был влюблен, почти всегда. И поэтому почти всегда благожелателен к людям. Вот это вот «почти всегда был влюблен» и то, что мы говорили, совершенно, так сказать, не соотносится, и поэтому, наверное, надо поговорить, вот от первой и до последней любви так пробежаться Александра II.
С. БУНТМАН Да, об этом достаточно много спрашивают наши слушатели, естественно.
Л. ЛЯШЕНКО Конечно, это любопытно, безусловно. Вот первая влюбленность юношеская, нет, не любовь, конечно, влюбленность, пришла к Александру в 15 лет. Объектом влюбленности была фрейлина матери, естественно, Наташа Бороздина. Она была постарше, ей было 18, а то и 19 лет. И она так, снисходительно, относилась, конечно, к этой влюбленности. Но когда родители Александра об этом узнали, она была быстренько выдана замуж за дипломата и отбыла в Англию вместе с мужем. Ну так, от греха подальше просто. Любовь настоящая, первая, приходит в 20 лет к Александру II, и объектом этой любви опять становится фрейлина матери. Тут делать нечего, они всегда были под рукой, перед глазами, фрейлины, что же тут сделаешь, симпатичные среди них встречались. Это была Ольга Калиновская, это был уже другой разговор, это было уже серьезное чувство, действительно, но Калиновская была католичкой, и вообще она была из Польши. А для Николая I очень хорошо было известна с братом Константином и графиней Лович вся эта история. Ну и потом наследнику престола как-то…
С. БУНТМАН Невозможно.
Л. ЛЯШЕНКО На католичке не королевской крови. И Александра быстренько отправляют в заграничный вояж, тем более, время подоспело, по плану Жуковского положено было ознакомиться с Европой, и они отбывает в состоянии такого, Вы знаете, гетевского Вертера, любовь разбилась о подножья трона, там все кончено, больше не будет ничего. С ним уезжает, слава Богу, Жуковский, который в таком же состоянии, у него никак с Машей Протасовой тоже не складывается любовь, и он очень хорошо понимает состояние своего подопечного. И вот тогда-то, в Дармштадте, Александр встречает 15-летнюю Марию, и я так ощущаю, я не могу этого утверждать, но ощущаю я так, что он махнул рукой, что «ну Мария так Мария» — симпатичная, действительно, девочка. Он ей понравился.
С. БУНТМАН Но в этом можно увидеть какие-то такие вот, между прочим, ферменты, которые потом отношения и взорвут.
Л. ЛЯШЕНКО Наверное. И вот он пишет отцу, что пускай будет Мария. А сам уезжает в Англию, как и было положено. И извините меня, ввязывается в еще один безнадежный роман, потому что королеве английской Виктории было 20 лет, и она искала мужа, и принца-консорта английского. И Александр, на первом же балу они протанцевали весь бал, потом вышли на балкон, проговорили еще что-то около полутора часов, и понравились друг другу, просто действительно близко, так сказать, к любви с первого взгляда. Во всяком случае, Александр сказал своему адъютанту, что вот, королева в меня влюблена, и мне она очень понравилась. Адъютант так лихо это в дневнике записал, что мол, знай наших, приехали и тут же завоевали английскую. Но через пару дней тот же адъютант пишет панически совершенно в дневнике, что действительно Александр влюблен в королеву, и королева влюблена в него. И дневник Виктории сохранился, где она пишет, действительно, о сильном впечатлении, которое произвел на нее Александр.
С. БУНТМАН Да, представляете себе эту империю, где не только солнце не заходит, а вообще ничто не исчезает.
Л. ЛЯШЕНКО Было бы очень интересно, как изменилось бы лицо Европы и лицо мира, если бы Александр стал принцем-консортом, но наследники это товар штучный, и ими так просто не разбрасываются, конечно. И поэтому и Зимний дворец, и парламент английский удалили Викторию тут же в Виндзор, Александр остался в Лондоне. Они оба поняли, что все это безнадежно и приняли это как должное, как долг монарший очередной. Короче очередная его такая влюбленность, очередной его роман кончился ничем. И он возвращается в Россию, Калиновская еще на месте, опять начинается вроде бы. Но ее тут же выдают замуж за Иренея Огинского, за вдовца, а женой его была сестра Калиновской до этого, вот она умерла, ее выдали за мужа сестры, вдовца. И они отбывают к себе, ее удаляют. Но самое интересное, что тут начинаются трудности с Марией, потому что по европейским дворам ходит упорный слух, что Мария не дочь герцога Дармштадского. Родители давно живут отдельно друг от друга, и поэтому ничего общего у них быть не могло, а Марии, так сказать, 15 лет, и они уже лет 20 не живут друг с другом. И когда это дошло до Петербурга, Александра Федоровна стала буквально на дыбы, чтобы ее первенец, понимаете, с незаконнорожденной дармштадткой породнился ни за что. Но слава Богу, Николай проявил спокойствие, он понимал, что еще одно крушение любовных таких вот планов и романов, и психологическая травма вообще у наследника может быть необыкновенно глубокой. И он разобрался, выслушал донесение дипломатов, и отдал просто приказ по России и европейским дворам о происхождении Марии ничего не говорить.
С. БУНТМАН Да, это в стиле Николая Павловича. А почему помогает на Балканах а вот потому. Да будет так.
Л. ЛЯШЕНКО Так что иногда, знаете, вот империя Николая, она давала свои результаты положительные. Нельзя сказать, что после женитьбы наш герой вел праведный образ жизни. Его донжуанский список 60-65 гг., конечно, гораздо короче пушкинского, но он все-таки включает в себя и фрейлин жены, и актрис, и светских дам, но тут вот ведь дело какое. Кто-то сказал замечательную вещь, совершенно, что Александр II был женолюбом, а не юбочником. Вообще, различие очень тонкое, но если я правильно понимаю, заключается вообще смысл этого высказывания вот в чем. Он был не сладострастен, а влюбчив, он не пытался удовлетворить свои прихоти, а он искал глубокого настоящего чувства, и вообще чувства домашнего очага, семейного очага. Потому что напомним еще раз, что брак его с Марией Александровной это ведь договор о сотрудничестве вообще по сути дела, который был заключен сторонами для выполнения определенных государственных обязанностей. Там вообще-то про чувства, это проснутся они или нет так вот вопрос стоял. Но, видимо, не очень проснулись, скорей всего. И вот 1859 году, 41-летний император встречается с 13-летней Катей Долгорукой, встречается во время маневров на Украине у нее в имении. Он помог по просьбе родителей, помог ее сестре и ее четырем братьям получить образование в Петербурге, их устроил в Смольный институт, братьев в военное учреждение, военно-учебное. Но эта, конечно, встреча, он ее забыл напрочь. А вот в 65 году в Смольном институте, когда он встретил ее и ее сестру Марию, вот здесь да, здесь он влюбился окончательно, бесповоротно и до конца жизни. Начинаются встречи в Летнем саду, тайные якобы, начинаются встречи в парках, на аллеях парков Петербурга, потому что они не знали, куда идти, они пытались у брата встретиться Катиного, брат сказал, что нет, неудобно, меня общество не поймет. Пытались еще где-то встречаться, но как-то опять это все не получалось. Она была, Екатерина Долгорукая, Екатерина Михайловна, назначена фрейлиной Марии Александровны без исполнения всяких фрейлинских обязанностей, потому что Марии тяжело было ее видеть. Ну а потом, потом был Бельведер, павильон в Петергофе, на празднестве очередной женитьбы, отмечалась Николая I и Александры Федоровны дата. И вот в этом Бельведере они стали, в общем, гражданским мужем и женой. И тогда Александр ей сказал, что он сейчас не свободен, но когда он будет свободен, она обязательно станет его женой по закону. И он свое слово сдержал, надо отдать ему должное. Это стало известно моментально, как это, откуда, но моментально стало известно, что они стали любовниками, и ей пришлось уехать в Италию, через год она вернулась и поселилась она уже в Зимнем. И тогда же Александр поведал жене о своем новом чувстве, о том, что вот, Катя Долгорукая это его любовь, видимо, на всю жизнь. И надо сказать, что Мария Александровна чудесно отреагировала на это вот известие для нее, конечно, для нее неприятное и трагическое, она сказала, что я прощаю оскорбление, которое нанесли мне как монархине, но я не могу простить мук, причиненных мне как супруге. То есть она перевела акценты из области государственно-династической в область личную, потому что государственно-династическая область может обсуждаться посторонними, а личные вещи обсуждению не подлежат. После этого началось, что Долгорукая управляет монархом, что он не воспитана, такой образ вообще Элизы Дулиттл «Кэптн, купите фиалки у бедной девушки». Смолянка все-таки, княжна, понимаете. Что она обнаженной танцует перед императором.
С. БУНТМАН Пошла нормальная ожидаемая волна.
Л. ЛЯШЕНКО И так далее.
С. БУНТМАН Я думаю, что мы уже перенесем. Давайте скажем заключение, вот два слова в заключение и перенесем уже на следующий раз.
Л. ЛЯШЕНКО В заключении тут что можно сказать. Вы понимаете, Долгорукая была отражением вообще взглядов Александра II. Она его действительно любила, она избавила его от необходимости искать новых и новых любовниц, т.е. пытаться убежать от одиночества монаршего вот в эту связь с женщиной, попасть в одиночество чисто человеческое, на самом деле-то. Ее чувства и ум он уважал, в беседах с ней он находил покой, ну и, наконец, она помогла ему создать подлинный домашний очаг, за что он ей был всегда благодарен до конца жизни.
С. БУНТМАН Мы вернемся к жизни Александра II, к его эпохе и к реформам Александра II, мы продолжим в наших ближайших передачах «Не так» в следующую субботу, Леонид Ляшенко и продолжение разговора об Александре II.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс